Путешествие по югу Финляндии. Ноарк

        
         оставить комментарий

До этого: Путешествие по югу Финляндии. В Рёнасе

ПРИЮТ УБОГОГО ЧУХОНЦА

После сытного завтрака нас отвезли в артцентр «Ноарк». Кстати, когда едешь по сухим, серым дорогам Чухонии среди благостных снегов, порой возникает ощущение, что едешь по Ленобласти. Зимой снегом прикрыто главное отличие русских от финнов — всякий хлам во дворах, выбитые окна заброшенных и погорелых домиков, покосившиеся жалкие заборы… Зимой и у нас всё красиво и сказочно издали. Второе отличие — у финнов нет привычки иметь дома, упирающиеся передней стенкой почти в шоссе, чтобы газы и шум лезли в окна непосредственно. Дома у них живописно разбросаны повсеместно, вовсе не по линии шоссе, к ним ведут дорожки. Насчёт людей — людей зимой и у нас и у них почти не видно, токмо машины шастают. У финнов поражали порой куда то бегущие вдоль шоссе одинокие бегуны в шапочках. Этакие сельские профессоры Ийонсены…Удивляло, что никто здесь на лыжах не бегает, порой встречались следы снегоходов, иногда — следы зайчиков и лис.

Есть ли у финнов сельское хозяйство в нужных стране масштабах, хотелось нам знать. Длинных сараев было немного, в одном месте мы видели группу коней в пальто, гулявших по загону. Нигде из труб не валил дым, часть домов была завалена снегом по самое не хочу, но большая часть имела расчищенные подъезды. Значит там была жизнь зимой…

«Ноарк» был типичным красно-коричневым длинным двухэтажным сараем, без признаков жизни снаружи, но с большой надписью на стенде и с расчищенным подъездом. Мы так поняли, что это сельский Музей миниатюр. Сарай-музей местного значения начинался не с вешалки, а с кафе со следами жизни и посещений. В углу стояли штабеля ящиков каких-то, в стеклянном шкафу красовался глобалистский наборчик из орешков-шоколадок-печеньиц в фольге. Диваны и столики были качественные, солидные. Таким же солидным был большой чёрный лист жидко-кристаллического экрана. Вышла очень полная финка и стала рассказывать о том, что в этом центре находят себе работу люди с проблемами, которые не могут найти себе долго работу. И вот они сюда приходят, и делают кое-что, и деньги зарабатывают…

На стеклянных стойках стояли странные поделки из гладко отполированного дерева. На столбике висели висюльки из бисера, деревяшек, керамики, всё было идеально чистым, гладким, в качественных упаковках, с ценниками от 8 евро. Меня изумили авангардные скульптуры каких-то типа уток и гусей, у которых хвост был задран. Я думала, что вот весь этот уют и бытовую продуманность в Финляндии ведь кто-то делает, кто-то ведь всё это понаделал в изобилии на всю страну — все эти миллиарды штучек, дрючек, крючков, палочек, пипочек, которые где-то пригождаются… Я пыталась представить, какой маньяк финский купит эту вот утку с половой щелью меж стилизованных лап, которая задрала хвост, а голову прижала к земле, как бы что-то важное выслушивая от неё. Утка была абсолютно бесполезна, у неё не было дыр, чтобы в неё засунуть карандашик или монетки. Что за маньяк строгал эту идеально гладкую и безопасную утку, я могла себе представить. Какой-нибудь выпавший из общества потребления финский задумчивый фрик с тонкой поломанной душой, который всеми силами старается доказать свою безопасность, лояльность, обтекаемость, и вот он ниже раба голову пригнул, а голова эта тяжкая, она от земли вещее хочет узнать… Но хвост маньякально задран. То есть эта утка показывает всем жопу, она просто дразнится и издевается над всеми. Утки были гениальные!

Нас завели в соседний зал, там фрик и маньяк вовсю торжествовал! Там были сделанные из картона макеты танков, пушек, самолётов русско-финской войны, лежали серые фигурки развороченные убитых солдат. Это была серая финская травма, которую финны-фрики тут изживали, делая руками игрушки-макетики. Меня поразила церковь в виде весёлого дворца, то есть это был дворец с башенкой, на котором была какая-то принцессинская фигушка, финтиклюшка весёлая. На земле художница сделала страшноватых лохматых детей-людей, в очень живых мультяшных движениях. Эту нордическую фрикессу явно тревожили духи движенья, дразнилок, бессмысленного порыва и мечтаний быть Золушкой, но наличье судьбоносного бала было за кадром…

В следующем зале сидели юные финские фрики, толстая бледная девушка в очках, тоненький юноша с бородкой. Они с некоторой замороженностью и лёгким змеившимся в устах презрением к своей участи выпиливали из картона нарисованные начальником для них детальки. Вдруг выскочила шустрая девушка, говорившая слегка по русски, совершенно нормальная с виду, она радостно стала нам показывать музей.

Далее шло сердце музея — ангар, в котором на длинных столах стояли сделанные из картона и раскрашенные макеты Эйфелевой башни, дома Гауди, гора в Рио-де Жанейро с Христом, красовался Колизей и т.д. и т.п. В углу сидел худенький мужик в красном, он с визгом точил рельсики миниатюрной железной дороги. В углу тонул в картон пыльный Титаник с наклонными вперёд трубами. Маленькие, размером с муху, человечки, сделанные из каких-то козявок, или пластика, они тонули в сером картоне-воде, а несколько этих червячков готовилось сигануть за борт. Весь этот мир, сделанный со средней степенью топорности, но не без юмора и трогательных деталей, как нам объяснили, должен был быть выставлен летом на большой веранде.

Потом нас повели на второй этаж, там финские бедолаги, некоторые чуть-чуть Дауны, а другие просто типа задумавшегося Макара, одни ели за столом свой второй завтрак, другие пилили что-то, что-то шлифовали. Девица-гора, телом как гигантская клубника, терпеливо разрисовывала деревянные кулончики и сердечки, которые ниже этажом предлагали нацепить на грудь из целей благотворительности добрым посетителям. Нас поразили коробки с маленькими деревянными рыбками, на них было написано 3.16. «Это глава из Библии, где говорится о том, что Бог есть любовь», — высказал догадку один блестящий эрудит из нашей группы. Я смотрела на этих благотворительных рыбок, сделанных лапами бедных наркотов, алкашей, фриков, толстух, которых никто на работу не брал в этих землях, и сложные чувства тут возникали.

Куда всех этих священных рыбок потом девать? Куда столько сувенирчиков? Как отвратительны в квартирах столы, забросанные подарочками, валентинками, сердечками. Как жаль бумагу и дерево, пластик и железки, которые пошли на эти слащавые знаки дешёвенькой любви… И эта чудовищная миниатюра, которая будет поражать людей своей грубоватостью и назойливым желанием просветительства… Если бы эти люди делали бы своё личное творчество…. А они, они выполняют чужую слащавенькую волю, чтобы заработать себе на хезбургер… Как сладко и свободно живут фрики в России, падая на дно в вихрях пороков, смешно и жутко бунтуя против обывательской засасывающей нормы… Я представила знакомых питерских алкашей с трудной судьбой, чтобы вот общество их так скрутило, замозолило бы им волю и мозг, чтобы они покорно признали бы себя идиотами, которые должны быть социуму благодарны за то, что тот им даёт заработать на булку с фальшивым куском колбасы и стакан кофе из суррогата нескафе… Неа, русского фрика голыми руками не возьмёшь! Хрен бы они пошли бы вот так по часам сидеть в тёпленьком ангаре, пропахшем стружкой, пылью и клеем… Их бесполезная для общества адская свобода в чём-то была честнее, чем этот богемный труд…

Я тут вспомнила великого современного художника петербургского Петра Белого. Как он присмотрелся, что в моде на артрынке, куда тенденция идёт, чтоб сделать такое вот, чего никто ещё не делал, отрицающее всё, что веками искусство накопило как ценность, и вот он придумал делать из картона макеты домов, такие хрущовки-коробки с аккуратно вырезанными окошечками, и в каждое окошечко он вставил по слайдику, найденному на помойке, ибо таких квадратиков-слайдиков уже никто не хотел иметь, и все их выбрасывали, и вот он слайдики вставил в окошечки, и изнутри фонарики зажёг, ну будто он для мультика декорации сделал. А на самом деле он сделал великое концептуальное искусство из невиданных доселе материалов — из ломкого картона и клея, чихни — и развалится, и будет этот с дебильной аккуратностью сделанный макет теперь продаваться на аукционах за 100 000 долларов как великое знание художника о нашей жизни… Я смотрела на макетики убогих чухонцев, сделанные чуть-чуть менее аккуратно, чем их делал Пётр Белый, и думала, что вот надо Петру Белому стать руководителем этой студии, предводителем этих выкидышей финских, этих покорных, переставших сопротивляться скучной бессмысленной жизни людей. Ибо разницы мало. А Белый продавал бы гораздо дороже тот же продукт под маркой «современное искусство», и дал бы однажды кучу бабла каждому этому финскому бедолаге, и клубничная толстуха объелась бы в усмерть и всласть до смерти хезбургерами, а мальчик с бородкой ширнулся бы, или поставил бы гениальный фильм, а резчик уток-рабов сделал бы выставку в Париже, и был бы признан гением…

Тут вышел к нам старик улыбчивый, тот, кто придумал этот дом благотворительности и труда. Он рассказал про себя, что зовут его Кристер Линдберг, что был он морским инженером и плавал на пароме меж Хельсинки и Стокгольмом, и все моряки там сильно бухали. И многие на его глазах, вместо того, чтобы выйти на пенсию и зажить по-бюргерски, они спились как черти и умерли. Или так спились, что ползали по дну жизни, лучше бы по дну моря… И тогда Кристер, судя по всему, стал масоном, как принято в этих шведско-финских землях, и получил денег, и отремонтировал сарай, и собирал людей, и давал им работу — рыбок пилить и бусики вязать, и потом пришёл молодой архитектор, и заразил всех страстью делать миниатюры и макеты, и стало всем веселее. Аминь.

Далее: Путешествие по югу Финляндии. Порвоо

Автор: dudira.livejournal.com

Реклама

Комментарии

Вам будет также интересно

Путешествие по югу Финляндии. Хайко

Ночевали мы в отеле «Хайкон Картано», неподалёку от Порвоо. Первое упоминание о Хайкон относится к 1362 году, усадьбой владел Выборгский доминиканский монастырь.

Читать далее...

Путешествие по югу Финляндии. Кабанья ферма — будущее сельского хозяйства

Далее нас отвезли на кабанью ферму неподалёку от города, где даже и шум городской не был приглушён. Это такой кусок леса со скалой, который молодые предприниматели Мила Тойвонен и её муж превратили в экзотичнейшее и интереснейшее место для туристов и местных жителей.

Читать далее...

Путешествие по югу Финляндии. Порвоо

Мы же поехали в Порвоо. Это оказался живописный, как акварелькой нарисованный, разноцветный городок, тянущийся вдоль речки. Название города произошло от шведского слова борг — крепость и а — река.

Читать далее...

Путешествие по югу Финляндии. Стрёмфорс

Домики 18 века, река, старый жестяной завод, где ныне музей. Керамическая мастерская, мастерская местной художницы, которая готова научить отдыхающих сделать своими руками бусы, ювелирку, кукол.

Читать далее...

Путешествие по югу Финляндии

В Финляндию нас пригласили для укрепления туристских бизнес связей. В микроавтобусе собрались очень бойкие и успешные девушки, представительницы турагентств, среди них один солидный экскурсовод-интеллектуал Саша, а также несколько журналистов, я в том числе.

Читать далее...

Добавить статью

Приглашаем вас добавить статью и стать нашим автором

Поделитесь с друзьями

Статистика

©  Интернет-журнал «Серый Волк» 2010-2016

Перепечатка материалов приветствуется при обязательном указании имени автора и активной,
индексируемой гиперссылки на страницу материала или на главную страницу журнала.