Жизнь без прикрас. Исповедь шлюхи

        
         оставить комментарий

Жизнь без прикрас. Исповедь шлюхи

Это Ксюша, она проститутка. Минет — 400 рублей (100 гривен примерно), если быстро кончил — 300. Секс — 500.

Я познакомился с ней ночью под Рязанью, на московской трассе. Сидел в придорожном кафе, пил чай, общался с престарелой продавщицей, тосковал. Надо было раскладывать надоевшую палатку и спать в жутком холоде. На улице ветер и сырость.

Она зашла, скинула куцую лакированную курточку и сложилась пополам от кашля. Отдала долг продавщице, показала ей полиэтиленовую скатерть, которую только что получила в подарок от дальнобойщика. Покрутили эту ерунду в руках и приспособили накрывать булочки, чтобы не зачерствели.

— Во мужики, а! Вместо бриллиантов полиэтиленовые скатерти дарят, — шутя говорит продавщица и косится на меня.

— Нахуй мне бриллианты, я сама как бриллиант. Тёть Тамара, налей чаю.

Взяла свою личную, большущую кружку, села за столик и принялась искать сигареты. Я протянул ей пачку.

— А это журналист, — говорит с гордостью тётя Тамара. — Из Киева путешествует.

— Журналист, говоришь? — косится на меня Ксюша, — Журналист... Я б тебе, журналист, столько историй рассказала...

— Ну, так расскажи, — я пересел за ее столик. — У меня времени много.

***

Ей тридцать пять. Сама родом из Казахстана, хотя родных мест не помнит. Наполовину украинка, наполовину казашка — это то, что знает о родителях. Росла в детском доме. Первый срок получила за угон мопеда, сидела в детской колонии.

— Заставляли кирпичные стены водой мыть. Чтоб не повадно, значит.

Не бухает и не колется. С гордостью показывает чистые вены. Сама сохранилась вполне, фигура есть, только худая, на лице скулы режутся.

— Это я после родов похудела. Мальчика этой весной родила. Не выжил... Я, беременная, до последнего на трассе стояла, всю зиму. Мож, поэтому... А вдруг у меня рак?.. Прикинь, живу, а у меня рак.

Последний срок, — десять лет — Ксюша отсидела за убийство. Топором буквально четвертовала своего сожителя, тридцать пять ран.

— Пил?

— Пил, конечно. Он меня среди ночи в жопу захотел, не дала, он избил. А потом ножницами в шею два раза, видишь шрам?.. — запрокидывает голову, — Соседку позвал, кричит, что я споткнулась, порезалась, скорую... Меня зашили, я там неделю валялась. Сестра его приходила, она в той же больнице санитаркой. Просила не садить брата. Да не собиралась я его садить... Потом смотрела там телевизор, — там в коридоре телевизор, и что-то перемкнуло. Перемкнуло что-то.

Не долечившись, сбежала из больницы и сожителя порешила.

— Я, как вышла, на год в загул пошла. А? Десять лет без мужика, вот подумай. Меня бабы не прут, хотя там были всякие, любительницы. Ковыряются только... Баба как мужик не обласкает. Ходила на работу устраиваться, спрашивают — почему сразу после освобождения не пришла? — Гуляла, говорю! А что? Вот так прямо и говорю, че мне. Десять лет, сами бы попробовали. У меня от клиентов отбою нет. Один из Германии два раза приезжал, — показывает телефон с безымянными номерами, — Всё клиенты. Телефон новый, за пять тысяч взяла. Блин, могла лучше найти, за пять тысяч. Мой прошлый дальнобойщик спер, скотина. Посадил в кафе, говорит, жди, закажи там чего, я сейчас, а сам смылся. Сволочь, сумочку увез, деньги, телефон... Ничо, я его еще встречу. Встречу — не то что колеса проколю... Друзей попрошу — они его... Они бомжи, но за меня горой... Говорят — «Ксюха, мы за тебя...»

И кашляет, и кашляет.

— Я без сутенеров работаю. Буду я этих сопляков кормить... Прикинь, щас сутенеры — 19-20 лет, малолетки. Это они меня, тетку, кормить должны... Меня и били тут уже. А я не боюсь, ниче не боюсь. Говорю им — «Ну, прибьете, тут на мое место другая завтра станет». Там за мостом толпа целая девчонок работает. Тоже сами на себя. Нас много таких, которые сами на себя... А жалеть меня не надо. У всех жизнь трудная. У тебя вот, что ли, она легкая? Мне клиенты сразу на жизнь жалуются, а потом уже... У всех она трудная. У всех.

Говорит, говорит, подбородок в руку уперла, глаза закрываются.

— Вот нажралась антибиотиков. А че-то не помогает...

— Да тебя выключит сейчас.

— Выключит?.. Выключит. Мож, и выключит. Мне работать надо.

— Ты б, Ксюша, приютила человека, а? — встряёт тетя Тамара, — че ему в палатку, это ж не по-людски.

— На дачку, что ли? — встрепенулась Ксюша, — Только у меня там света нету. И отопления нету. Зато одеяло новое, пуховое. Чистое, ты не подумай. У меня тут дачка, я ее выкупила за семь тысяч. Зимой там жила, пол ото льда скользкий был. Я сейчас комнатку в городе снимаю, но туда далеко, там хозяин на железной дороге работает, пути проверяет... Он этот, он...

— Обходчик?

— Да, да, обходчик, а жена евонная дома сидит, с двумя дитями. Они кричат, да эти еще ругаются, покою нет. Я тебя туда не поведу, и далеко же. Вот на дачку, тут метров сто пятьдесят, идти — ни о чем, ваще...

— Да неудобно как-то...

— Не, поглядь, тёть Тамар! Бродяга, а какой стеснительный... Только ты того, пожрать купишь?.. Немного. Жрать охота. А работать я сегодня не буду больше. Не могу.

Пожрать купили и пошли. Идти — по посадке какой-то, мимо свалки, и правда метров сто пятьдесят. Темный крохотный домик, двор с бурьяном и яблонями, кривая калитка.

— Вот поглядь, порожек, доски новенькие, сама прибивала.

Ксюша стала какой-то стеснительной и суетливой.

— Вот диванчик, нормальный, одеяло чистое, гусиное. Пододеяльника только нет. Да ты не волнуйся, я сюда никого не вожу, ты первый. Тут чисто. Доски на потолке видишь? Это мне друзья делали, я попросила. Они бомжи, но хорошие ребята. А это мишка — глянь, мишка, он стихи рассказывает.

Берет с кровати плюшевого мишку, жмет его, и тот начинает декламировать про елки, шишки, ягодки и мед.

— Это мой друг. Мне его дальнобойщик подарил.

К этому моменту у меня уже ком в горле стоял. Особенно когда мишка этот, единственное существо, с которым она просто спит, в темном холодном доме начал свои детские стишки добрым металическим голосом рассказывать. Ксюша кашляет, кашляет, шмыркает носом. Похоже, пневмония.

— А подушки-то нет! Нет подушки. И матраца нет... Как же я тебя положу без матраца-то...

— Да хрен с ним, с матрацем.

— Не, не, ты тут сиди, кури, я за матрацем. Я раньше тут рядом жила, снимала домик, пока этот не выкупила. Не все вещи еще перенесла.

И выскочила. Я взял сигареты, положил в карман нож и вышел за пристроечку. Ну, вот подумайте — проститутка с шоссе ведет вас через темную посадку в какой-то дом, где никто никого искать не будет. Стремно? Есть чуток. Потом она убегает, а вернется сама или с компанией — хрен знает. Потому нож в кармане, и стою за углом.

Нет, вернулась сама. Волокет огромный матрац вскатку, пытается с ним на плече закрыть калитку. Я из укрытия вышел, включил фонарик.

— Фу, блять, испугал, придурок!..

— Да я поссать ходил.

— А... ну идем укладываться.

— Ты есть будешь? У меня печка портативная, сковородочка, разогреть могу.

— Не хочу я жрать уже. Перехотела. Тошно чего-то, и голова гудит.

И кашляет, кашляет. Попробовал лоб — горящий и сухой. В доме света нет, при фонарике ее лицо кажется зеленоватым.

— Диван у меня один, сам видишь. Раздевайся. Приставать начнешь — локтем стукну.

Ксюшенька, дурочка, ну каким локтем? Тебя же от ветра качает. Я раздеваться не стал, на всякий случай. Нож под диван тайком положил. Она разделась, запрыгнула под одеяло, тихо дрожит.

— Сил нет трахаться. Ты думаешь, это легко? Не, ноги раскидывать не трудно, только если не много. У меня за одну ночь однажды семнадцать было. А минет делать, головой махать... Я знаешь, какой минет делаю? Мужики выпрыгивают просто...

— Холодно-то?

— Холодно.

— Обнять можно?

— Обними. Нет, телефон сразу подай, я тебе песню поставлю. Про меня. Группу «Воровайки» знаешь, нет?.. Вот слушай.

«Не воровка... не шалава... слова такого она раньше не знала...» Ксюша накрылась одеялом с головой, шуршит в темноте обертками от конфеток.

— Ты чего, с конфетой во рту засыпаешь? Зубам хана будет.

— Детдомовская привычка, — хихикает совсем по-детски, — «Рачки» люблю. А ты не любишь? Нас в детдоме заставляли спать под одеялом с головой. Кто высовывался, того линейкой. Слушай, ты только завтра с моими последними рублями не уходи, у меня 500, сегодня заработала. Последние 500 заберешь — найду... Друзьям скажу. И я того, кашлять во сне буду сильно, извини.

Так и заснули.

Проснулся рано. Она спала, прижав к себе мою руку вместо мишки. У меня весь бок затек, шея затекла, пришлось терпеть. Глаза открыла не раньше полудня, когда ей продавщица с кафе позвонила. Интересовалась — жива, нет.

Я умылся — кран от поливочной трубы в углу огорода, как только морозы начинаются, его перекрывают. Заварил ей чаю на моей печке. Растер спину спиртом — ей дальнобойщик подарил целую бутылку, осталось не больше трети. Она завернулась в одеяло.

— Ты извини, что не провожу, — прогудела простуженным голосом, нос заложен напрочь, — ты на звук машин иди. Тут идти — ни о чем, ваще.

Я вышел в прихожую, проверил вещи, заглянул в кошелек, пересчитал. Положил ей на тумбочке денег. Не много и не мало, как за гостиницу. И ушел.

Дмитро Різниченко

Реклама

Комментарии

Вам будет также интересно

Синонимы к слову «исповедь»

Все синонимы к слову ИСПОВЕДЬ вы найдёте на Карте слов.

Девушки... с высоким доходом

Статья о том, как работодатели завлекают девушек для работы в сфере интим-услуг!

Читать далее...

История одного заявления, или как я боролась с телефонным хулиганством

Статья о телефонном хулиганстве и методах борьбы с ним.

Читать далее...

Случай на вокзале

Спасибо за то, что есть хорошие люди.

Читать далее...

Порнография — это рабство!

Самое большое количество запросов в интернете — это «порно» или «скачать бесплатное порно». Каждый русскоговорящий пользователь интернета запрашивает это раз в день. То есть если я это не запрашиваю, то кто-то запрашивает дважды. Это массовая истерия запросов говорит о том, что внимание значительной части населения прибита почти намертво к определенным частям тела.

Читать далее...

Вам не кажется, что вокруг стало слишком много секса?

От секса нельзя спрятаться и дома, если включить телевизор. Фильмы, передачи, клипы, а самое главное рекламы - насквозь пропитаны им. Во многом из этого — перебор пошлости.

Читать далее...

Добавить статью

Приглашаем вас добавить статью и стать нашим автором

Поделитесь с друзьями

Статистика

©  Интернет-журнал «Серый Волк» 2010-2016

Перепечатка материалов приветствуется при обязательном указании имени автора и активной,
индексируемой гиперссылки на страницу материала или на главную страницу журнала.