Политика в отношении военнопленных двух мировых войн в России и Сибири

        
         2 комментария

Политика в отношении военнопленных двух мировых войн в России и Сибири

А.Н. Талапин

Омск, Институт ветеринарной медицины

Омского государственного аграрного университета

Мировые войны были испытанием не только мужества российского народа, но и проверкой его человечности, гуманности по отношению к поверженному врагу. К сожалению, в современной историографии и публицистике на протяжении уже многих лет делаются настойчивые попытки уравнять дореволюционную российскую и советскую, советскую и нацистскую политику, в том числе и в отношении военнопленных1. Ужасы фашистской неволи, настоящих лагерей смерти для пленных фактом своего существования искажали современное им понятие плена, извращали саму цель пленения обезоруженного противника. Со времён Первой мировой войны эта цель оставалась неизменной: изоляция обезоруженного противника и прекращение в его отношении состояния войны.

Но было ли принципиальным отличие в дореволюционной российской и советской политике по отношению к пленным, было ли в итоге отличным их положение в нашей стране? Очевидно, что царская Россия начала ХХ века и Советский Союз в годы Второй мировой войны – два противоположных явления, две совершенно разные страны. Однако обе эти страны оказались втянутыми в военный конфликт мирового масштаба, порождённый в обоих случаях одними и теми же причинами и с почти идентичной расстановкой противоборствующих сил. Известно, что политика в отношении собственных граждан, оказавшихся в плену, была различной и международные обязательства, взятые в отношении захваченных иностранных пленных Российской империей и Советским Союзом, не были равноценными.

Рассмотрение положения военнопленных в Российской империи, СССР и на их отдельных территориях, множество диссертаций, научные публикации, в том числе внушительного корпуса источников о военнопленных,2 в общей совокупности позволяют нам, как и большинству современных авторов, утверждать, что оно существенно не нарушало международных соглашений3. Внутренняя нормативная база, регулировавшая вопросы размещения, содержания и использования труда военнопленных фактически строилась в соответствии с принципами международного права. Отказ же СССР подписывать Женевскую конвенцию 1929 г. «Об обращении с военнопленными» носил демонстративный, идеологический характер. Этот формальный отказ имел тяжелейшие последствия, но не для иностранных пленных в СССР, а для советских граждан, оказавшихся в фашистском плену.

Состояние учёта военнопленных в годы Первой мировой войны изначально было крайне неудовлетворительным, а их постоянные перемещения, особенно с 1915 г., когда началось их массовое привлечение к труду, сделали и без того слабые попытки правительства как-либо изменить ситуацию неэффективными. Власти были не готовы не только к затяжной войне, но и к наплыву пленных уже в самом её начале. Не помогали и проводившиеся переписи военнопленных, проводившиеся в местах их размещения и проведения ими работ. Известны лишь приблизительные цифры численности пленных в годы Первой мировой войны: 2 – 2,3 млн. чел. всего в русском плену, из них не более 350 тыс. в Сибири. В начале Первой мировой войны основную массу пленных направляли в Сибирь. К 1 января 1915 г. в крае их было уже 186 тыс. (тогда в России числилось 257 тыс.), а летом 1915 г. – свыше 300 тыс4.

Иная ситуация сложилась в СССР в годы ВОВ, когда учёт военнопленных с самого начала был строгим и позволял прослеживать их динамику в местах размещения и проведения работ в фиксированные отрезки времени. Эффективному учёту способствовала и незначительная численность пленных в противовес ожидавшемуся массовому наплыву в начальный период войны. Всего за годы ВОВ в советском плену оказалось 4377,3 тыс. чел., а после разгрома Японии их число возросло на 639635 чел5. В Сибири разместилось около 235 тыс. военнопленных (но первый лагерь для пленных появился только в мае 1943 г. и до конца 1944 г. военнопленных в крае было меньше 10 тыс.)6.

С разным успехом решалась и проблема размещения пленных в России в годы Первой и Второй мировых войн. Сходство было, главным образом, лишь в том, что для размещения большой массы пленных и поддержания среди них казарменного порядка использовали специально построенные концентрационные лагеря. Но в начале Первой мировой войны в России не было ни одного концентрационного лагеря, а страна сразу же столкнулась с массовым наплывом пленных, захваченных в ходе Галицийской битвы. Из-за отсутствия лагерей их спешно размещали в наскоро приспособленных для этой цели помещениях, включая обывательские квартиры. Ни о какой казарменной строгости, несмотря на риторику властей, речи уже не шло. Обыденными стали и недопустимые контакты с местными жителями, вплоть до обзаведения военнопленными к концу войны семьёй и хозяйством. Привлечение пленных к труду, часто небольшими партиями и даже одиночным порядком, только усугубляло ситуацию.

В годы Второй мировой войны в СССР уже существовала чётко отлаженная система ГУЛАГа, а в первые недели войны оперативно была развёрнута и лагерная система, предназначенная для военнопленных. Пленными в СССР занималось НКВД (в отличие от военного ведомства, занимавшегося пленными в Российской империи и, при отпуске на работы, поручавшего надзор за ними гражданской администрации и частным работодателям). С сентября 1939 г. НКВД тщательно готовилось к размещению пленных, используя первое время помощь работников ГУЛАГа. Администрация лагерей для военнопленных формировалась с использованием кадров, имевших опыт работы в ГУЛАГе7. Ещё одна особенность – в годы Второй мировой войны первыми обитателями этих лагерей в СССР стали не являвшиеся пленными польские военнослужащие (ведь война с Польшей объявлена не была), то есть «пленные» мировой войны в СССР появились ещё до его вступления в войну.

Когда началась ВОВ, в СССР планировалось сразу же развернуть 30 лагерей для пленных, через месяц было развёрнуто уже 19 лагерей, но и их оказалось слишком много8. Этим ситуация с лагерями разительно отличалась от Первой мировой войны, когда лагерей не хватало и их продолжали строить, поручая частным подрядчикам, вплоть до Февральской революции, поскольку число пленных в России в 1916 г. заметно возросло (благодаря Брусиловскому прорыву). Правда, с 1916 г. в Азиатской России необходимость в строительстве новых лагерей отпала, а построенные стояли полупустыми, ввиду массового привлечения пленных к труду и запрета отправлять за Урал подлежавших такому привлечению в принудительном порядке работоспособных пленных. Масса работоспособных пленных в 1916 г. из Сибири была отправлена в Европейскую Россию9.

Лагеря для пленных пустовали и в СССР, но не на отдельной территории в конце войны, и не из-за привлечения основной массы пленных к труду. Лагеря пустовали в начале войны, когда из-за неудачного начала войны Красная армия захватывала слишком мало пленных. Пустые лагеря и приёмные пункты для них стали закрывать. К августу 1941 г. в СССР осталось только три лагеря для военнопленных10. Известно, что последовавший рост числа пленных (заметный уже после победы под Москвой) стал массовым только после коренного перелома в войне в ходе Сталинградской и Курской битв. Не удивительно, что широкое использование военнопленных в народном хозяйстве СССР началось только с весны 1943 г11. Этим, как мы видим, ситуация тоже заметно отличалась от периода Первой мировой войны, когда труд пленных, в виду их количества, массово использовали и в Европейской и в Азиатской России буквально с начала войны.

Сибирь никогда не размещала основной массы пленных. В годы Первой и Второй мировых войн край максимально размещал около 10 – 5 % от общего числа военнопленных соответственно, считаясь при этом одним из наиболее суровых регионов, местом, оказаться в котором пленные всегда боялись более всего. Наивно полагать, будто пленных отправляли в Сибирь, чтобы сделать условия их размещения более суровыми. Тем более, например, в годы Первой мировой войны Сибирь стала одним из регионов, куда направляли преимущественно пленных славян, считавшихся «дружественными национальностями». Дореволюционная Сибирь также стала одним из первых регионов, где отправленные на работы военнопленные стали устраивать стачки, забастовки, участвовать в политической жизни края, игнорируя слабые попытки российских властей помешать этому.

В СССР неповиновение пленных не было открытым, не выходило за рамки отдельных случаев саботажа и всегда тщательно расследовалось и наказывалось. При этом и в Первую и во Вторую мировые войны российские власти поощряли культурную и просветительскую работу среди пленных, вплоть до создания оркестров, театральных трупп, футбольных команд из военнопленных, открытия лагерных библиотек и т. п., оплачивали их труд, а в конце войны или после выхода из неё – привлекали к охране пленных самих военнопленных, лояльных к российской власти. Даже беглый сравнительный анализ политики в отношении военнопленных двух мировых войн в России, несмотря на массу явных различий и недостатков, позволяет говорить о сходных принципах гуманности, лежавших в основе дореволюционной и советской политики.

Советская политика в отношении военнопленных, в сравнении с дореволюционной, оказалась более эффективной, более соответствующей тем целям, которые перед ней стояли. В отличие от Российской империи, несмотря на все попытки не сумевшей оградить военнопленных от решения внутрироссийских проблем, что в итоге, уже после революции, обернулось участием пленных в гражданской войне, СССР с этой задачей справился. Политика в отношении военнопленных в Сибири не имела принципиальных отличий от общероссийской, только отмеченные историками суровые природа и климат вносили специфику в их положение в крае. Глупо идеализировать положение пленных, оно было тяжёлым. Но в России плен не был каторгой, возмездием за разрушения и потери, ни до революции, ни в годы Второй мировой войны.

***

  1. Подобные авторы забывают даже то, что «концентрационный лагерь» – это форма, а не содержание. Обличения таких авторов, как научный редактор журнала «Вопросы истории» В.В. Поликарпов, взятые из сочинений западных историков, уравнивают нацистские лагеря, ГУЛАГ и лагеря для пленных Первой мировой войны в России. Им чуждо понятие историзма, принудительный труд они называют «каторжным», как и лагеря для пленных, не имея представления о характере труда в этих самых лагерях. – См. такую оценку: Поликарпов В.В. Военнопленные в лагерях под Ижевском в 1915 – 1916 гг. // Вопросы истории 2007. № 2. – С. 94.
  2. См., напр.: Васильева С.Н. Военнопленные Германии, Австро-Венгрии и Росии в годы Первой мировой войны: Автореф. дисс. … канд. ист. наук. – М., 1997; Талапин А.Н. Военнопленные Первой мировой войны на территории Западной Сибири (июль 1914 – май 1918 гг.): Автореф. дисс. … канд. ист. наук. – Омск, 2005; Гергилёва А.И. Военнопленные Первой мировой войны на территории Сибири: Автореф. дисс. … канд. ист. наук. – Красноярск, 2006; Кузнецов С.И. Японские военнопленные в СССР после Второй мировой войны (1945-1956 гг.): Автореф. дисс. … докт. ист. наук. – Иркутск. 1994; Военнопленные в СССР. 1939 – 1956. Документы и материалы. – М., 2000; Венгерские военнопленные в СССР: Документы 1941 – 1953 годов. – М., 2005; История и этнография немцев Сибири. – Омск, 2009. и др.
  3. Факты, подобные извинениям бывшего президента РФ Б.Н. Ельцина перед Японией за негуманное отношение к японским пленным, которых «сталинский режим подверг лишениям унижениям и смерти», аналогичные извинения перед Польшей за Катынь представляются нам неоправданными. Смертность пленных не позволяет говорить о намеренной политике истребления, расстрелянные поляки вообще не были военнопленными. Их расстреляли не потому, что они были пленными. Преступления в отношении пленных на территории тех же Японии в годы Второй мировой войны или Польши в период советско-польской войны к подобным извинениям не привели.
  4. Цифра в 300 тыс. чел. – не точная. Известно, что летом 1915 г. Омский и Иркутский военные округа разместили по 152 тыс. и 200 тыс. пленных соответственно. – Интернационалисты. Трудящиеся зарубежных стран – участники борьбы за власть Советов. – М., 1967. – С. 16.
  5. Военнопленные в СССР. 1939 – 1956. Документы и материалы. – М., 2000. – С.12.
  6. История и этнография немцев Сибири. – Омск, 2009. – С.487 – 488.
  7. Военнопленные в СССР. 1939 – 1956. Документы и материалы. – М., 2000. – С.25 – 26.
  8. Там же. – С.27.
  9. Из-за Урала в Европейскую Россию было вывезено 120 тыс. чел. – Промышленность и рабочие Сибири в период капитализма. – Новосибирск, 1980. – С. 162.
  10. Военнопленные в СССР. 1939 – 1956. Документы и материалы. – М., 2000. – С.27.
  11. Венгерские военнопленные в СССР: Документы 1941 – 1953 годов. – М., 2005. – С. 7.

***

Статья впервые опубликована в: Сибирь: вклад в победу в Великой Отечественной войне: сб. материалов V Всеросс. науч. конф. (Омск 5 – 6 мая 2011 г.). – Омск, 2011. – С. 175-179.

Реклама

Комментарии

Юрий Вахрамеев

Интересная статья.

8 октября 2012

Михаил Лазарев

Нужная публикация, чтобы не пытались приравнять нас к нацистам, уничтожавшим пленных.

3 мая 2014

 

Вам будет также интересно

Московская конференция 1941 года о военных поставках

На Московской 1941 года конференции были приняты важные решения о сотрудничестве трех держав в борьбе против общего врага. Правда, активные действия против германских войск вел только Советский Союз. В таких условиях США и Англия изъявили готовность внести некоторый вклад в снабжение советских войск танками, самолетами и другими материалами. Однако эти поставки могли иметь практическое значение лишь следующей весной.

Читать далее...

Кем был Штирлиц на самом деле

У героя Юлиана Семенова был реальный прототип: гауптштурмфюрер СС Вилли Леман, шеф реферата общей контрразведки гестапо. Чистокровный немец, он в годы Первой мировой войны и в 20-е годы служил в полицейской контрразведке. Уже тогда Леман крайне отрицательно относился к гитлеровским молодчикам, но это проявлялось лишь в его высказываниях в узком дружеском кругу.

Читать далее...

Антифриз. Сталинградская битва

В районе Сталинграда в 1942 году морозы ударили рано (2-3 ноября). Остро встал вопрос об обеспечении танков, самолетов, автотранспорта антифризом. Вода в радиаторах в условиях морозов в степи и при ветре резко снижала боеготовность техники. И доставлять ее было сложно. Войскам требовалось не менее 20-30 тонн этой бесценной зимой жидкости. От этого зависела наступательная способность наших войск.

Читать далее...

Шрамы Первой Мировой

Шрамы Первой Мировой на теле
Терпеливой (так дано) земли.
Страшною война была на деле.
Тьма велела разуму: Замри.

Читать далее...

В краю заснеженных орхидей

Если у вас отпуск в феврале, либо в марте, не думайте, что вам не повезло, а незамедлительно приезжайте в Байкальск. По силе положительных эмоций этот тур будет не сравним ни с одним зарубежным курортом.

Читать далее...

Добавить статью

Приглашаем вас добавить статью и стать нашим автором

Поделитесь с друзьями

Статистика

©  Интернет-журнал «Серый Волк» 2010-2016

Перепечатка материалов приветствуется при обязательном указании имени автора и активной,
индексируемой гиперссылки на страницу материала или на главную страницу журнала.