Размышления кота...

        
         оставить комментарий

Однажды жарким летним утром я открыл глаза и увидел себя в красивой  просторной комнате. В окно врывался легкий ветерок, на полу лежали теплые квадраты солнца. А по квартире разносился запах копченой колбаски. Это было место моего рождения и местопребывания первых 2,5 месяцев жизни.

Как же меня любили. Мая мама называла меня своим солнышком, говорила, что я лучшее достижение ее жизни. Она так нежно целовала меня в макушку, так ласково умывала меня по три раза на день, что до сих пор я вспоминаю это как чудесный сон. Конечно, у меня была еще сестренка. Но она родилась раньше на 10 минут. И поэтому считала себя очень умной. Постоянно где-то бегала и мешала мне наслаждаться моим детством.

А потом в один прекрасный день мое детство кончилось. Меня забрали у моей красивой мамы из замечательно уютной квартиры на 4 этаже. И привезли в коробке в маленький городишко в холодный большой дом.

Там уже не пахло копченой колбаской, и солнце не врывалось по утрам в комнаты. А вместо мамы мне достались два сюсюкающих со мной существа. Он и Она.

Я, конечно, сразу дал им понять, что буду жить по собственным законам. Поэтому сразу, как только они открыли коробку (подумаешь, я и сам бы смог, если бы не заснул), пошел и написал у них в ванной в какой-то ящик. Как же они умилились. Говорили, что я умница. Тут я с ними согласен. Но что можно подумать об их умственных способностях, если они даже не поняли моего протеста.

Они назвали меня Малышом. Ну вот. Это меня, кота благородных кровей, родившегося на 4 этаже большого дома огромного города на центральной улице. Ну что тут скажешь. Пришлось смириться.

Вообще-то было неплохо. Они брали на ночь меня с собой в кровать, поэтому я не мерз. Но они не мурлыкали мне в ушко, не целовали макушку, не вылизывали лапки и животик. Вместо этого они постоянно расписывали друг другу, какой я хороший. И постепенно их дифирамбы стали напоминать мне мамино мурлыканье, вернее гул пчел, но это лучше, чем ничего.

Вообще эти люди странные существа. Кроме копченой колбаски они едят еще какие-то фрукты и овощи. Говорят, что это полезно. Правда так считает Она. Он же больше любит копченую колбаску. Я его сразу зауважал. Мы быстро нашли общий язык. Ели то, что не полезно чаще, чем она думала. И попу Он мне надирал реже. И причиной этого было не мое плохое поведение, а их непонятливость.

Я же кот и обязан метить территорию. И почему это нельзя есть сырых мышек. Они такие вкусные! Ведь они мне не коптили мышиные хвостики. А моя мама мне рассказывала, какой  вкусный суп бывает из копченых мышиных хвостиков.

Не могу сказать, что меня сильно наказывали. Я ведь порядочный кот и знаю, как себя вести. Это сейчас они приписывают себе заслуги моего воспитания. Не буду их разочаровывать. Ну кто мне поверит, что это я их воспитывал для себя. Не верите? А что вы скажете на это: когда они возвращаются домой после дня отсутствия, то первым делом бросаются целовать и тискать меня. Причем делают это так энергично, что у меня потом долго темно в глазах, а желудок где-то в горле. Вы спросите, что здесь хорошего? Ну как же. Они заняты мной и только мной. То, что мне и нужно.

Иногда я люблю их помучить. По их возвращении не выхожу навстречу и делаю недовольный вид, когда меня находят. И тогда они готовы отдать мне все самое вкусненькое, только бы я оживился. Разве я не умница после этого?

Правда Она могла бы тискать меня поменьше. Но что взять с этих женщин, существа они ветреные, умные мысли к ним если и приходят, то ненадолго. Поэтому не сержусь на нее. Главное зажмурить глаза пораньше и втянуть животик заранее и посильнее. А вот он — это сила. Его я обожаю. Он не тискает. Раз прижмет, будто все 4 лапы и хвост пожал одновременно. И целоваться не любит. Не то, что Она. Как начнет чмокать, кажется, еще чуть-чуть и без половины носа оставит. Как потом на улицу перед кошечками-подружками показаться?

Не понятно, где Он ее такую любвеобильную нашел. И чем Она ему так нравится? Хвоста у нее нет. Ноги длиннее моих, правда, но ходить так неудобно. Один раз решил проверить насколько они крепче моих. Так, только обозначил, а Он так рассердился, что наорал на меня и закрыл в багажнике машины. С тех пор боюсь темноты. Еще бы, такую травму ребенку нанести. Она, правда, пыталась меня защищать, но как-то слабо. Видимо любит свои ноги больше меня. Итак, они у нее по крепости уступают моим.

Да и в остальном как-то все очень туманно. Уши у нее маленькие, нос слишком ровный и длинный, глаза почти без ресниц, а брови как лужайка пред домом. Его что никто не учил, как себе подружку выбирать?

Вообще внешность мне ее не нравится, поэтому чтобы не раздражаться, стараюсь лишний раз на нее не смотреть. Достаточно того, что я ее слышу. Никогда не замолкает больше, чем на полчаса. И ладно голос был бы мурлыкающий, так нет пронзительный, как сирена. Ее даже Он иногда боится. Как рявкнет на него иной раз: «Я потом с тобой поговорю», так нам обоим хочется закрыться в туалете с книжкой.

Пора признаться, что давно зову их мама и папа. А что делать? Так легче. И они сразу добрые становятся.

Как мало этим людям надо для счастья. Достаточно просто показать, что ты понимаешь, кто из них мама, а кто папа. И они будут думать, что это их заслуга. «Блажен, кто верует».

Детство мое закончилось быстро. А с ним и наше пребывание в холодном доме. И мы  поселились в большом доме у дороги. Там была печка, которая стала моим другом. Холодными зимними вечерами мы всегда находили общий язык. Она меня грела, а я ее охранял. Потому что слишком много желающих было постоять возле нее. Мне это не нравилось. Тем более что некоторые из них так и норовили и об меня руки свои погреть. Так у них называется игра с котом. Но я спуску не давал. Тем более что и имя мое они произносили неправильно. За что их любить?

В этом месте было хорошо. Рядом было болото, лес. Днем мне нравилось носиться за кошечками. Вечерами сидеть на столбе и бесконечно удивляться глупости этих людей. Это когда папа с мамой не могли меня найти. Ползали в траве и кричали, призывая меня вернуться домой. Нет, чтобы глаза поднять выше пояса и посмотреть вокруг. Вот он я. На столбе. Ну почему люди все время только под ноги смотрят? Вверху красивое небо, теплое солнце и эти ужасные крикливые птицы. Столько раз пытался до них добраться. Но у меня нет крыльев, вот они и дразнятся. Что-то на тему: «Рожденный ползать — летать не может». Ну и ладно, зато меня папа с мамой любят.

А еще было много ящериц. И хвостики у них были не хуже мышиных. Если удавалось, конечно, съесть их до того, как увидят эти суматошные родители.   Ну почему им не сидится? Почему их все время тянет меня воспитывать? Вырвут эту ящерицу изо рта, и давай пальцем у морды махать. Это и жестоко, и вредно, и опасно. А мне есть хочется и интересно. Но разве они понимают?

Тогда я переключился на собак. Всех в округе запугал, ни одной не позволил  ступить на свою территорию. Правда, для одного щенка сделал исключение. Взял под свою опеку и вырастил из него порядочное животное. Ему с родителями повезло меньше. Да и своим я хотел показать, как надо воспитывать. Но мои как всегда не поняли, решили, что я и щенок дружим. Вот еще, где это вы такое видели?!

Долго наслаждаться природой не пришлось. Оттуда мы тоже уехали. И забросила нас судьба в другой город. К какой-то тетеньке, у которой был кот. Вот уж выпендрежник. Подумаешь, рыжий. Если в него когти по серьезному запустить, быстро без шевелюры бы остался. Но нельзя было. На чужой территории нужно уважать законы хозяев. Но это не мешало мне глубоко презирать этого кота. Ну что это? Ест только корм, нос приплюснутый, голос как у мальчика из хора. И чуть что к своей маме бежит жаловаться. Сколько раз вызывал его на бой. Все зря. Трусливые эти рыжие. И хитрые. Только мои за порог, рыжий бежит своим жаловаться, а те меня на балкон. Хорошо весна теплая была. Столько раз хотелось ему надрать задницу. Но нет, мои не дали развернуться.

Так и осталось это моей несбывшейся мечтой. Правда, иногда эта тетя приходит к маме в гости. И когда я забираюсь к ней на колени, она думает, что это любовь. Ну уж нет. Так я пытаюсь заставить ее пригласить меня в гости, где у меня осталось не законченное дело. Тоже ничего не понимает в котиках, прямо как мои. А вообще она красивая. Ресниц у нее побольше, нос поменьше. Если бы она так со своим рыжим не носилась, может даже и полюбил бы ее.

У меня есть несколько заветных желаний. Первое место занимает мечта есть много и вкусно. Нет, родители не морят меня голодом. Просто держат меня на диете. И не потому что они вредные. Хотя и не без этого. С некоторых пор мне многого нельзя. Это все нервы. Какая уж тут спокойная жизнь с этими мамой и папой.

Каждый вечер они решают какие-то проблемы. Переживают, спорят. Хотя возмущается в основном мама. Папа как настоящий мужчина говорит свое веское слово в конце. А я очень сопереживаю. Тем более что половину этих проблем я решил бы запросто. О чем и пытаюсь им сказать каждый раз в процессе спора. Но они же не знают кошачьего языка. Вот и приходится терпеть молчаливо. На этой почве у меня развился нервный стресс.

А из-за этого и болезнь, которая позволяет мне есть только каши и супы. И еще это мама слишком строго следит за моей диетой. Я и папа очень мучаемся. Она и его посадила на диету. Говорит, что у него живот большой. А мне нравится. Если ночью под бочок к нему устроиться, то при переворачивании на бок, он своим животиком меня накрывает. Тепло и безопасно.

Когда я болею, мои родители очень переживают за меня. Возят к ветеринарам. Но их я не люблю. Ничего хорошего от них не жди. Одни неприятности. Сплошные уколы. А тут еще папа с мамой их наслушались, и давай тоже шприцами манипулировать над моей попой. Как будто она у меня железная.

Да еще и пугают, когда я капризничаю, что отвезут снова к тете-доктору. Думают, я боюсь. Я родителей больше боюсь. С таким рвением и большой любовью и залечить могут. Правда, мама иногда плачет, когда мне особенно плохо. Тогда мне ее жалко. И я готов терпеть уколы. Но это только до того, как шприц увижу.

Родители у меня хорошие, только очень уж пугливые. Стоит один раз не поесть, и они уже собираются на автобус к тете-доктору. Ничего не понимают в переживаниях моей души.

Еще мечтаю о собственном туалетике «Кацан». Видел по телевизору в рекламе. Мягко, удобно и никакого запаха. Пока у меня только дно от пластмассового ведра с бортиками. Что только не делал, давая им понять, что хочу другой туалет. И на балконе писал, и в прихожей. А они недалекие решили, что в прихожей писаю из-за обиды, что они уходят на целый день. Вот еще. Это мне только в радость. Когда их нет, я выстраиваю все вещи по ранжиру и говорю речь о том, кто здесь хозяин. И самое интересное, никто не возражает. Так что дома я за главного, когда один.

Но пока до получения нового туалета далеко. А вот попа получила свое уже неоднократно. И кто сказал, что женщины существа слабые. У этой мамы такая тяжелая рука, ей бы  в шахту или рельсы укладывать. А она на мне удар отрабатывает. Папа лучше. Сердце у него доброе. Долго он не сердится. Можно через минуту после наказания подойти, язычком лоб полизать, нос куснуть, потереться об ноги. И папа твой. С мамой сложнее. Она может и в туалете закрыть. Сиди потом на этом холодном бачке. Дует все-таки под хвостик.

Но больше всего я мечтаю жить с дедушкой. Вы даже не представляете, как мне повезло с ним и бабушкой.

Как же я их люблю! Вот бы мне таких родителей! Правда, бабушку я немного побаиваюсь. Уж очень она строгая. Всегда с серьезным выражением лица. А когда к ней приходят заниматься ученики английским языком, нужно сидеть тихо. Иначе выставит за дверь, не задумываясь. А я очень люблю слушать ее уроки. Какой командный голос! Какая дикция! Сколько энергии! И она единственный человек в семье, который может «построить» моих родителей. Вот тут я наслаждаюсь. И мне их совсем не жалко. Пусть их тоже повоспитывают. Это для них необходимо, чтобы они не зазнавались тем, что стали взрослыми.

Моей бабушке в разведке бы работать. Уж очень хорошо она разбирается в слабостях человеческой натуры. Иной раз даже думаю, хорошо, что я котик. Иначе и меня держала бы в напряжении. А так мы заключили негласное перемирие. Я делаю послушный вид, а она принимает меня таким, какой я есть. Потому что людей нельзя заставить себя полюбить. Но они могут принять тебя или нет. Хотя я уверен в том, что бабушка меня любит.

Не смотря на свой грозный вид она очень добрая. Много лет назад подобрала собаку без имени и фамилии. Так что-то непонятное. Для меня для котика во всяком случае. Дала ей шикарное имя Фрези — «бегущая по волнам». Думаю, со своими габаритами эта собака пойдет на дно прямо у берега. Какая уж тут «бегущая». Тем более по волнам. В моем понимании по волнам только скользить нужно. А Фрези только по льду скользить может, да и то на попе.

И вообще — эта собака больше похожа на ершик для мытья посуды, только черный. Говорят, что в молодости она была красавицей. Правда малость подгулявшей. Но это не мешает моим бабушке и дедушке любить эту Гаргантюа. Так я про себя окрестил Фрези. И что поразительно: моя мама ее тоже любит. Чешет ей спинку, разговаривает с ней, каждый раз помогает Гаргантюа залезть на кресло. Потому что у той уже попа перевешивает голову. Хотя она каждый раз жалуется на больные ножки. Как же! Как насчет поесть, так такую прыткость развивает, что чьи это ноги 5 минут назад были больными непонятно.

Не думаю, что во мне говорит ревность.  Но все это мне не нравится. Из нас двоих я красивее. Ноги стройные, животик впуклый, глаза бездонные. У Гаргантюа глаза тоже глубокие. Но и жуликоватые. И хитрости ей не занимать. Бывало сижу, минуты отсчитываю до трапезы с дедушкой,  а собака это вдруг с диким визгом и плачем, пробегая мимо меня, на подходе к бабушке начинает припадать на все 4 лапы и свой куцый хвост. Это как будто я ее обидел. И не думал даже. Подумаешь, лапку приподнял за ушком почесать. Да и маникюром люблю похвастаться. Вот и распускаю его от случая к случаю. Но обижать любимицу бабушки с дедушкой… Ни, ни. Что я враг себе?

Но нет! Это Гаргантюа своего добилась. Бабушка поверила ей. Родители мне. Наконец-то хотя бы в чем-то полезными оказались. Заодно это и терплю их не первый год.

Да еще дедушка оказался умнее этих женщин. Тот сразу смекнул, что дело не чисто и высказываться в мой адрес не стал. Это дорогого стоит. Собака считается его любимицей. Он кормит ее с вилки. Гуляет часами. Разговаривает с ней. Каждый раз, возвращаясь домой, спрашивает, не обижал ли ее кто-нибудь. Это у них игра такая.

А я все не мог понять, почему моя мама тоже часто так со мной разговаривает. Кроме мамы и папы меня обижать некому. Только со временем понял, что это такая игра. А вот мама той красивой тети с рыжим котом этого не поняла однажды. Решила, что мои родители и правда так думают. Обиделась. Настроилась против них. Жаль. Она хорошая тетя. Позволяла мне валяться на ее кровати. Что-то часто рассказывала мне из своей жизни.

Теперь я понимаю, что моя мама и дедушка в такой манере разговаривают с нами животными. Думаю, что мы как дети. А зря. Мама больше похожа на ребенка. Папе уже не раз приходилось ее успокаивать. Хорошо много ей не надо. Пара ласковых слов, что-нибудь вкусненькое и она уже улыбается. И при этом думает, что взрослая.

Так что с Гаргантюа пришлось смириться. Я очень люблю дедушку и, не хочется его расстраивать. Хочу вам раскрыть секрет. Надеюсь, собака никогда об этом не узнает. Дедушка тоже кормит меня с вилки. Он дает мне самые вкусные кусочки. Не замечает, что когда я сижу напротив него за обедом, Гаргантюа и близко нет.

Очень хорошо умеет гладить. У него красивые руки с тонкими изящными пальцами. Сразу видно породистый. Чем увы не могут похвастаться другие члены семьи. Нет, они, конечно, тоже чего-нибудь да стоят, раз дедушка их всех так любит.

Даже не сомневаюсь в его изысканном вкусе. Но до него им далеко. А какие у него глаза. Меньше моих, конечно. Но какие глубокие. Бабушка, правда, называет их жуликоватыми. Но это она от гордости за дедушку. Они у него необыкновенные. И всегда разные. Иногда смотришь в них, и тебе кажется, что в них вся скорбь человеческая. А иногда столько лукавства! Начинаешь думать, что бабушка была права, называя их жуликоватыми.

Когда никто не видит, дедушка прижимает меня к себе и ласково гладит по голове. Мне сразу становится тепло и уютно. Мужчины предпочитают публично не высказывать силу своей любви. Но со мной дедушка не стесняется. Я его понимаю и отвечаю ему взаимностью.

Ну почему я достался моим родителям? Хотя если бы не им, то никогда бы не узнал дедушку и бабушку. А ради одного этого стоит потерпеть маму и папу.

Очень надеюсь, что моя мечта жить с дедушкой и бабушкой когда-нибудь сбудется. Буду есть много и вкусно, выучу английский язык, поставлю эту собаку на место. И даже откажусь от нового туалетика. Ведь у бабушки на балконе так много вазонов с землей. Ходить — не переходить. А чтобы не было авитаминоза, можно покусывать цветочки из вазонов. Главное делать это так, чтобы бабушка не видела. А то в очередное мое пребывание у них она заметила результаты моих походов. Ругала. Но я ее не боюсь. Попу она мою не тронет. Это же бабушка. Воспитанный человек. Педагог. Сразу видно — культура. Между прочим, когда она меня ругала, дедушка, хотя и покачивал головой, на самом деле усмехался и подмигивал мне.

Так что поездок к дедушке и бабушке жду всегда с нетерпением. Когда мама пишет им письма, всегда передаю им привет. И часто жалуюсь им на маму с папой. А что делать? Это нельзя, так некрасиво, это вредно. В основном усердствует мама. Дедушка говорит, что все хорошее в ней от него, а плохое от бабушки. Это единственный вопрос, по которому мы с ним разошлись во мнениях. Потому что все вредное у моей мамы от нее самой. А бабушка ни при чем. Эта мама умудрилась даже дедушку уговорить на диету. За что его так мучить? Хорошего человека должно быть много. А то ночью вскочу на кровать и до утра не могу разобраться, где там мама. С матрасом сливается из-за своей диеты. Вот папу сразу видно. А чтобы маму в 5 утра на завтрак подвигнуть (укусив предварительно за ногу), приходиться 2 часа под одеялом ползать туда-сюда, чтобы эту ногу отыскать. Вот такие у меня были мечты. А вообще я счастливый кот. Моя жизнь удалась. Иногда мне кажется, что я прожил сразу несколько жизней. Так много было событий. Мне довелось повстречаться со многими людьми. Добрыми и не очень, ласковыми и равнодушными, чуткими и грубыми. И каждый раз мне хотелось предупредить моих родителей о том или ином человеке. Сказать, что им лучше с ним не общаться. Что это принесет им боль, огорчение и разочарование. Но, увы, они так и не выучили кошачьего языка. И я молчал. И поэтому много позже, когда мама плакала от обиды, а папа горестно вздыхал, я забирался на колени к одному из них, прижимался как можно сильнее, и их слезы исчезали, а настроение улучшалось. Это было то немногое, что я мог для них сделать. Поблагодарить их за мою счастливую кошачью жизнь.

Мои папа и мама развеяли миф о злобе сиамских котиков. Не бывает злых котиков, а бывают плохие хозяева.

Родители всегда знали, что это я командую ими, а не наоборот. И именно они подстраивались под меня. Мама и папа никогда не смотрели на меня сверху вниз. Я всегда был членом семьи, а не просто котиком.

6 лет — много это или мало? Как посмотреть…Я точно знаю, что моим папе и маме этого мало. И, сейчас, когда я смотрю на их спящих, со следами слез на лице, мне хочется сказать им, что не каждый кот может похвастаться такими шестью годами жизни.

Иногда, по ночам я навещаю их. Обхожу нашу маленькую квартиру и обязательно присаживаюсь на кровать. Смотрю на эти дорогие мне лица. Мне хочется разбудить их и рассказать, что теперь я ем много и вкусно, и это для меня не опасно. Что у меня теперь есть подружка. Мне хочется прижаться к стройной маме и поцеловать в нос папу. Поесть рядом с дедушкой и послушать уроки бабушки. А вместо этого, я каждый раз прошу своего кошачьего бога, чтобы прошло еще очень-очень много лет, прежде чем сбудется эта моя мечта.

Я точно знаю, что они меня не забудут. Ведь я их Малыш. Я также знаю, что если они снова возьмут котика, то я не буду сердиться. Пусть еще у кого-нибудь из нас будет такая же счастливая жизнь как у меня.

И когда придет время и это котик придет сюда, мы сможем всласть поговорить о том, что за испытание в очередной раз придумала мама папе, по-прежнему ли дедушка тайком от всех нарушает диету, и сколько неописанных вазонов осталось у бабушки.

Реклама

Комментарии

Вам будет также интересно

Размышления кота...

Взгляд кота со стороны на жизнь своих хозяев...

Фотопроект «Маленькая девочка и кот Том» от Andy Prokh

Andy Prokh родился в небольшом уральском городке в 1963 г. Фотографией серьезно занимается с 2006 года. C 2007 г. — профессиональный фотохудожник. Член Союза Фотохудожников России. Один из ярких российских фотографов, автор нескольких масштабных фотопроектов, таких как «Mind Games of Ozzy». Andy Prokh неоднократно был победителем международных конкурсов, таких, как «Моя Прага», неоднократно публиковался в российских и зарубежных изданиях. Сейчас живет в Питере.

Читать далее...

Забрали домашнего котёнка :-(

Бывают люди, которые любят животных и дома у них много разных видов собак, птиц, и многого другого, но у меня совсем не много. Всего лишь один котёнок и то теперь его нет. А почему, вы спросите? Я вам расскажу.

Читать далее...

Кот с острова

Я нашел на острове, на котором отдыхал, кота и взял его домой. Кот оказался умным и воспитанным.

Читать далее...

Как котят топили...

Жил в одной деревеньке мужичек, и была у него кошка Маруська. Жили они в маленьком опавшем доме на самом краю деревни. Раз Маруська пошла гулять и домой не вворачивалась аж в тридень. А по возвращению пить-есть перестала, спит только да травку лечебную жует. Думает мужик, беда с моей кошечкой. Хотел было везти к лекарю, но припозднил...

Читать далее...

Река и Берег

Про двух котят. Мистика, триллер.

Читать далее...

Добавить статью

Приглашаем вас добавить статью и стать нашим автором

Поделитесь с друзьями

Статистика

©  Интернет-журнал «Серый Волк» 2010-2016

Перепечатка материалов приветствуется при обязательном указании имени автора и активной,
индексируемой гиперссылки на страницу материала или на главную страницу журнала.