Чукотка-лайф (Светлана)

        
         оставить комментарий

ЧУКОТКА! ЛЮБОВЬ МОЯ!

На летнюю практику мне достался счастливый билет. Я давно хотела уехать из дома. Надолго. И вот мне выпал такой случай. Сбылась еще одна моя мечта: я никогда не летала на самолете. Но уж в тот год налеталась и в прямом, и в переносном смысле...

***

На практику в Магадан было всего 4 места. Два сразу забрала одна семейная пара. Оставалось еще два. Одно, естественно, забрал староста группы. За последнее, заветное, в другую жизнь, в другое измерение... была драка, в которой победила я. Очень много «лестных» слов услышала я тогда в свой адрес. То, что я бросаю маленького ребенка, мужа — еще полбеды. Мое решение стало причиной серьезной ссоры с подругой, которая, наверное, и подругой-то не была. Я была награждена еще кучей нелицеприятных названий, что, в самом деле, меня только развеселило и раззадорило. И, твёрдо решила, не отказываться от поездки ни при каком раскладе. Так и сказала: я устала, хочу отдохнуть... и пошли вы все к такой-то матери. Ну, приблизительно.

Мне досталось это место еще и потому, что из всех девочек, только у меня, на тот момент, были все пятерки по всем основным специальным предметам. Я победила, и даже то, что на меня бросали косые взгляды, меня не коробило.

…В Москву мы прилетели к обеду. Там нас встретила другая моя подружка, с которой мы переписывались уже три года, познакомившись когда-то в санатории, в десятом классе, в Кисловодске. Ох, и время было — золотое!

… Радости от встречи было море! Мы долго визжали и скакали, а потом в обнимку шатались  по аэропорту, ждали вылета. Ну, а так как мы были уже все взрослые, то пошли отпраздновать встречу в ресторан, елки — палки! Вот тогда я впервые начала балдеть от коньяка. Выпили мы достаточно, до такой степени, что стали руки вытирать об занавески. Так нам было весело! Прощались со слезами. Больше мы никогда не виделись, переписки нашей хватило еще на пару лет, детство закончилось...  

***

    Лететь предстояло 9 часов. Я купила карту, собиралась рисовать маршрут перелета: Тикси, Диксон, Магадан, такие экзотические названия. Первый раз и все своими глазами. Пассажиров было человек 12, так что, весь салон был в нашем распоряжении. Пьяные, довольные, счастливые и веселые, мы много чудили, пока не стали по очереди проваливаться в сон. Раз поели, два поели, потом уже отказывались. Но хмель все болтался в мозгах... и расцвечивал реальность в свои краски.

Наш староста Коля, начал плести мне очередную чушь. Я слушала в пол уха, пока до меня не начал доходить смысл его речей. И куда только хмель девается в таких случаях!? Протрезвела я мгновенно.

— Я только из-за тебя... Я ни на шаг… Я землю буду целовать.

Отстранившись, посмотрела на него, как на ненормального:

— Ты что же думаешь, я улетела от всего, что бы ТАМ с ТОБОЙ быть? Ты больной или заразный? Как тебе только в голову пришли такие мысли? Ты же не дурак, Коля!

И говори, пожалуйста, тише, чтобы потом тебе же не было стыдно. Я-то промолчу и все забуду, а остальным будет очень интересно потом обсуждать подробности нашей беседы.

Успокаивала я его, увещевала с применением некрасивых слов, долго. И откуда они только взялись в моем словарном запасе? Но было ясно: без них до него не дойдет.

В Магадан мы прибыли рано утром. Так было интересно: разница в часовых поясах такая огромная, что мы прилетели… в следующий день!.. Позже, когда я смотрела фильм "Лангольеры", то всегда вспоминала этот эпизод из моей жизни: мы тоже — обогнали время!!!

***

Нас встретил какой — то, Колин родственник, а может и не родственник, мне было все равно. Неприятный осадок от его признаний остался, и я старалась не быть с ним наедине. Практику нам предстояло проходить в объединении "СевВостокЗолото"....

Город нам очень понравился: не очень большой, все рядом, все замечательно. Лето! Красиво! Чисто! Эх, жаль, не сохранилось фотографии, а ведь фотографировались Люди какие доброжелательные!

Было только одно неудобство: в однокомнатной квартире родственника оказался только один раскладной диван! Спать легли  вчетвером: молодожены у стеночки в обнимку, мы с Колей — рядом.

— Если ты хоть пальцем до меня дотронешься, я так тебе врежу по яйцам, что они отвалятся. Все проснутся, и будет не очень весело — так и знай! — предупредила я его перед сном.

Спала я плохо, все время пыталась отодвинуться, но куда? Почему-то снился пожар. Вернее, просто много пламени, и я внутри!

На другой день нас потащили к морю. Какая красота стоять на берегу другого края страны ... На другом краю континента! Я улыбалась каждому встречному, я радовалась солнцу. Погода была просто чудесная, настроение отличное... я была свободна... я была ОДНА!

На третий день к обеду нас всех пригласили в контору для дальнейшего распределения. Семейных неразлучников отправили в Омсукчан, а нас с Колей, вместе (вот черт!) на Чукотку, в Анадырь. Там на месте должны были решить, что с нами делать.

И опять самолет,  и опять перелет.

***

 — Вот видишь?! — Бубнил Коля.

— Да заткнись ты, — Я огрызалась и сидела, как на иголках.

В аэропорту Анадыря, произошла встреча, которая решила за меня мою судьбу. Я встретила прямо по дороге на посадку, в улетающий в Москву самолет, одного своего знакомого.

Еще в школе, наши родители дружили и нас вместе таскали, то в зоопарк, то в планетарий, то в цирк. Так мы и выросли: «привет — пока».

— Привет! — закричал Сергей. Учился он в то время в Московском горном институте, на год меня старше.

— Привет! — пропела я, и мы кинулись друг другу в объятья. Какая встреча! Но времени — в обрез.

— Я на практику в геологическую партию.

— Светка, там классно, но просись только на бурение и картировку. Там халява, делать ничего не требуют, всем по барабану. А охота, рыбалка — свобода!.

— Ой, спасибо, дорогой! Ты хоть еще не женился там на москвичке?"

— А ты хочешь за меня замуж?

— Нет! — смеялась я — С меня уже хватит!

Больше мы с ним никогда не встречались... Знаю, что он сделал неплохую карьеру, хорошо женился, стал папой, и даже не один раз...

***

Приехали мы в город уже к концу дня. Нас, как и положено, поругали, посетовали, что же с нами делать. И тут я поняла, что или сейчас, или уже никогда.

— Я хочу поехать на бурение! — И встала со стула.

— А почему? Это больше для мужчин работа.

— А потому что мне это интересно.

— Но у нас только одно место на бурение и одно на съемку,

— Вот пусть Коля едет на съемку, а я — на бурение!

— Да как вы не понимаете,... там будут одни мужики, все холостые, вы молодая девушка, за вас там заступиться не кому будет!

— Я сама за себя заступлюсь!

На меня махнули рукой.

— А что, двоим нельзя поехать на бурение? — начал Коля.

— Нет мест!

Я ликовала! «Ну что ж, что одни мужики, это конечно ничего хорошего, но они же не дикари, не съедят же?"...

— Ой! — Вставил начальник. — Забыл, там же еще есть повар, так что ничего страшного. Все будет хорошо!

«Все будет хорошо!» — Повторяла я. И бегом спешила в общежитие. «Все будет хорошо!».

В комнате со мной жила еще одна девушка, из Томского университета, болтушка и хохотушка.

— Это чё, твой парень?

— Да Бог с тобой, — ляпнула я — Это мой староста  группы.

— А, я думала — твой парень — не унималась она —

— Нужно — бери, а то мы завтра разъезжаемся!

***

   Утром, я явилась к конторе при параде. Вещей куча и я — ЗВЕЗДА! Народу было немного, одни мужчины. И все как один или пьяные или с бешеного бодуна.

«Может, я переборщила?» — подумала в тот момент. Но отступать некуда, поэтому поехала со всеми на автобусе и смело залезла в вертолет. Сидела я у окна. Ни на кого не смотрела, внутренне сжавшись, и матерясь на всех известных мне языках. В то время я еще материлась на немецком и на французском, но в основном на РУССКОМ!!! «Романтики, значит, мне захотелось!»… смотрела я на проплывающие внизу речушки, переливающиеся, как бриллиантовые ожерелья.

"Боже!!! Какая кругом красота! Только ради этого стоило сюда припереться! Просто, чтобы все увидеть своими глазами! Один раз живем!" — Эти мысли понемногу меня успокоили. В конце концов, там же есть еще повар. Чего меня так трясет-то, не пойму я?

Иногда я отрывала глаза от земных красот и поглядывала по сторонам.

«Боженьки мои!!! Откуда же они все такие? Страшные, старые, и пьянючие!... Какая там охота, хорошо, что книг набрала. Вот, не хрен шляться, сидеть буду на одном месте, приклеюсь к этому повару. И все! Никто не оторвет... Если чё — буду орать».

***

К тому времени как мы стали приземляться, я почти пришла в душевное равновесие, мне уже всё было интересно и казалось заманчивым!

Вертолет приземлился, из него стали выбрасывать вещи и вываливаться пассажиры. Началось такое, что и до конца жизни не забудешь. Кто-то орал площадным матом, кроя, почему-то, меня и называя всякими экзотическими словами. Не скажу, что я их раньше не слышала, но смысл не всегда понимала. Здесь и слух стал отличным и смысл понятным: я составила кому-то конкуренцию. ЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯ!?

Начальник, а это был, по-видимому, он: пожилой мужчина с усталыми глазами, весь седой и добрый, упрашивал её не пороть горячку, посмотреть на меня внимательно:

— Ну, что ты от нее хочешь? Да на нее никто даже не смотрел всю дорогу! Девчонка... Ребёнок.

— Знаю этих ребёнков! — Орала распаленная ревностью и, судя по всему алкоголем, весьма колоритная дама — тот самый повар, к которому я мечтала прилепиться.

Я поняла, что я оказалась третей лишней, и мне снова расхотелось и на охоту, и на рыбалку. Но вскоре, повыв и погорланив, повариха кинула сумку в салон вертолета и улетела восвояси, рявкнув напоследок:

— Раз припёрли девку, пусть она вам и готовит! Я — в отгулы!

«Нет, ну я конечно могу?! — Подумала я. — Но, во-первых народу многовато, да и не очень охота!!!»

Меня поселили в кухне, отдельный домик, а в нем отдельная жилая комнатенка.

— Если что, зови громче, я в соседнем балке сплю. — Сказал начальник и пошел было на покой.

— А, звать — то зачем? — Спросила я не очень умно. Видно переволновалась. — Я почитаю? Можно?

— Да, читай! Тут можно сутками читать: сейчас же день, все сутки напролет!

Вот это здорово — полярный день!!!

Я читала через слово, смотрела на часы и наблюдала за солнцем... Оно просто двигалось по кругу. Сначала я положила подушку на одну сторону кровати, потом на другую, и незаметно, наконец, уснула.

***

Разбудило меня странное чувство — что я не одна...  Я вскочила и ударилась о спинку кровати. За стеной стоял гомон. Разговаривало много человек!

«Мамочки! Одни мужики. Вот это да! Что же делать???» Меня опять слегка потряхивало. В дверь аккуратно постучали и позвали выйти. Когда я высунулась, все молча смотрели на меня, как на обезьянку в зоопарке. Долго и с сожалением!

— Зайди к начальнику, зовет! — наконец сказал мне молодой парень. «Странно. Я его и не видела вчера. А может просто он побрился, проспался и стал похож на человека, чего вчера и не заметила.»

Я быстро обулась  и поковыляла в соседний балок.

Именно поковыляла, поскольку поверхность земли была странным образом неровной. Причем, наступаешь, кажется, на ровное место, а оказываешься в ямке. Да, это же те самые, КОЧКИ, про которые я читала и слышала!

«Я же на ЧУКОТКЕ...! ОГО-ГО"!!!!!!!!!!! Кричала я в себе!» Настроение поднялось и я уже улыбалась, когда зашла в балок к начальнику...

— Как спалось?

— Спасибо, хорошо, только я не поняла, сколько времени? Все время светло было и не знаю, когда уснула…

— Ничего, привыкнешь. Устанешь и будешь по часам спать ложиться. А, вообще — как себя чувствуешь? Я вчера, уж не обессудь, внимания должного не оказал. Устроилась-то как?

— Спасибо, все нормально! Все удобно!

— Ну и ладно. Значит, расклад такой: сама вчера видела, что кухарка улетела. И нет у меня никого другого. Мужики, сама знаешь, как наповарят. Может, попробуешь готовить? Ты ж вроде как замужем написано в анкете?

— Ну, да, вроде как! — Проблеяла я. А про себя подумала: «Ещё не хватало! Попрактиковалась!"

— Ну, так согласна поварить? Заплатим, как положено!

— Попробую. Только вы скажите, что готовить нужно, а то людей много, я не пробовала в больших количествах. Только салат тазиками делала.

Начальник рассмеялся...

— Да нормально! Эти все съедят! Получится у тебя! Если там помощь какая понадобится, скажи, вон ребят сколько. Со вчерашнего вечера слюни распустили...

Я онемела, для меня было непривычно такое явное внимание и обсуждение незнакомых людей.....

— Так что, смотри за этим сама. Я же не могу нянькой быть тебе. Но, конечно, помогу, если кто там обидеть полезет. Сама-то, не особо вертись!

Я стояла и была,  наверное, краснее самого переваренного рака!!! Таким образом, меня никто никогда не поучал. Для меня это было дико и обидно.

«Когда же я повод подала? Вчера молчала всю дорогу. — Почему — то подумала про Кольку, — да нет, не должен был он мне такую свинью перед начальником подложить ... А если… Ну и — Бог ему судья!»

От таких мыслей у меня началось слабое помутнение в мозгах и это, наверное, отразилось на моей физиономии.

— Света, да не бойся ты ничего — громко подбодрил начальник, и похлопал меня отечески по плечу. — Справишься! Помощников сколько у тебя уже — только скажи! Вода вон — речка рядом. Посуду помыть, на готовку или просто воды согреть… Да и чаю мы тут пьем ого — го!!! Так лучше с утра натаскать. Для тебя тяжеловато, значит будем дежурных будем назначать.

"Ага! — Думала я про себя. — Еще чего… Кагал мужиков! Да я руки оборву, но сама таскать буду. Попросишь, так еще чего предложат…» Короче!

— Я все поняла, а что готовить-то нужно? Хоть приблизительно, что здесь едят?

— Да все, что горячее! — засмеялся Петрович. — Ну, иди, иди. Позже выйду, всех познакомим с тобой, всем накажу, чтоб руки не распускали! Не дикари чай, иди!

Наверно я всё же испугалась. Ноги стали непослушными, на глазах стали собираться слезы. С трудом спустилась из балка на землю. Шла, по сторонам не смотрела. Уже и кочки мне стали неинтересны и природа не волновала… Но никому не хотела показывать своего страха и слез обиды.

«Хрен вам всем! — Думаю, — ну, и приготовлю, и поедят, и уберу! Что уж сложного?! Да, фигня все! Сама тоже есть буду. Справлюсь! У меня все ж таки почти высшее образование!!!»

Так я плелась с глупостями в голове.

«Начнем с основного блюда. Чай!»

За водой пришлось спускаться к ручью. На Чукотке есть: реки, речушки, речки и ручьи… Вода в них такая чистая и прозрачная, что если смотреть на воду долго, можно видеть отражение неба, отражение облаков и облачков, отражение дня... Пальцы в воде становятся почти прозрачными. Вода лаская ладонь, продолжает свой бег, звеня, перекатываясь по камушкам. В то время слово — ЭКОЛОГИЯ — отсутствовало как термин!!!

В этих речках, плескалась и резвилась рыба… много — много рыбы... Она прыгала прямо в руки, и ловкачи, а такие поверьте, там находились, умели поймать ее без всяких премудростей.

***

Первый день готовила я из рук вон плохо, и почему-то, никак не могла понять, в каких пропорциях что класть! Борщ получался слишком густой, каши пригорали. Только чаи получались нормальными. Но, зато там раздолье было в продуктах: сгущенка — ящиками, тушенка — ящиками! Я такого изобилия вкусностей никогда не видела и лопала деликатесы от пуза. Томатный сок в консервных банках, жестяных — это что-то! Я его сроду не пила, а тут глотала литрами!!!

Самым первым другом там для меня стала СОБАКА — была помесь лайки и какой-то элитной дворняжки — характер еще тот. У нее были щенки,  такие маленькие «медвежонки», что переваливаясь на лапках, по кочкам,  бегали от меня и пытались догонять друг друга. Мои чудные первые мои друзья на далекой Чукотке!!!

Со временем, слушая отзывы о моей СТРЯПНЕ, я понемногу знакомилась окружающим людьми и присматривалась к ним. Действительно — не дикари,  обычные мужики. По-тихому пьют самогон, играют в карты, и курят, курят, курят...

Работать мне пришлось совсем немного, но даже из того, что мне довелось увидеть, я поняла, какая это тяжелая работа! Но и романтика с большой буквы! РОМАНТИКА! Во всем!

Бескрайнее, насколько хватает глаз, пространство, покрытое зарослями карликовых березовых рощиц, и мягким, совсем неколючим стлаником. Полянки небесно-голубых незабудок — цветы эти всегда занимали мои мысли, название их казалось мне странным и необычным, и только теперь, я поняла, один раз увидев их — помнить будешь ВСЮ жизнь!!! А какие там летом водопады! Ледник подтаивает изнутри и в этих трещинах вода размывает себе дорожку. Освобождаясь из ледяных оков, стремится в путь по просторам, превращается из ручья в речушку, потом в речку, потом уже широким потоком спешит навстречу к морю!

Все это было для меня настолько необычно новым и неожиданно прекрасным, что я совсем не обращала внимания на окружающих, была на своей волне.

***

Я всегда за водой ходила по два раза: сразу много не могла унести — тяжело. И тут, взяв ведро, стала спускаться к речке.

— Не надорвалась еще? — Молодой парень стоял на углу балка, привалившись к стене.

— Нет, а что, уже надо? — Огрызнулась я. — Вы же чай пьете, как курите — постоянно. Куда только лезет?

— А тебе чё, чаю жалко? За все заплачено! — Ухмыльнулся он. Ну и наглый тип!

— Мне? Мне не жалко!

Собака, почуяв мою растерянность, подбежала, завиляла хвостиком.

— Ах, ты моя умница! — Потрепала я ее по холке. — Забрать бы тебя с собой, да жаль, далеко. И детки у тебя, вон — карапузы какие!

— Во-во, карапузы подрастут, я из них варежки себе сделаю! — Я чуть ведро не выронила... — А собаку не заберешь, на шапку пойдет. Шкурка-то, как у росомахи!

— Ты чё, дурак? — спросила я, просто оторопев от каких слов. — Или прикидываешься?

— Да вроде нет, а что сильно похож? — прозвучало в ответ.

— А, вообще, что тебе от меня нужно? — поставила я пустое ведро на землю и уставилась на «шутника» в упор. — Ты знаешь, что женщина с пустым ведром — к беде?!

— Ну, это смотря к чьей! Я просто познакомиться хотел поближе. Нам еще тут долго вместе быть. Вертушка, вроде не прилетит, сменную повариху не привезут, так что будешь нас травить своей етьбой!

— Да пошел ты!...

Я, забыв про ведро, пошла в обратную сторону к домику начальника партии. Войдя без стука, у меня все ж хватило воспитания извиниться. И только. Вопрос я уже прокричала:

— Там вот сказали, что не прилетит повар сменный?... Я же… У меня ничего не получается! Вы же говорили, это не надолго, что приедет смена?

— Да не кричи ты, и так голова раскалывается... Ну, так вышло, у нас бывает. Вертолёт поломался. Передали, чтобы задержались еще на время... — пытался успокоить меня Петрович.

— А я? Как же, со мной-то?

— Да нормально все будет, что ты прям. Вон тебе уже и помощника нашли. Егор сам вызвался. Воды там принести, ящик открыть, тяжелое там что поднять. Парень хороший, культурно воспитанный!

— Ага, воспитанный! Этот ваш воспитанный из щенков варежки себе на зиму шить собрался!!!

Начальник захохотал громко, но смех был добрый.

— Да ты что? Это он так шутит! Он вообще из приличной семьи, между прочим. Я и сам не пойму, что он у нас делает. Умный и толковый, сама увидишь. А помощник тебе нужен будет. Теперь до конца смены кухарить будешь, у тебя уже нормально получается, справишься! Свет, иди, отдохнуть мне нужно... сама понимаешь. Годы уже не те, не парень молодой. А ты подумай и с людьми общаться учись. У нас тут своя атмосфера. На сотню километров вокруг никого, кроме медведей...

Я даже вздохнуть не могла полной грудью. Казалось, мне дали под дых, и не один раз...

***

«Значит, сам вызвался! Смелый, значит!... Не дурак — уже хорошо! Да и на лицо ничего, вроде. Кого же он мне напоминает? Кого же?… Ой! Ёлки… Точно — Бисер Киров! Да уж, и волосы такого же чёрного цвета, хотя у того, вроде каштановые, и носище… Ну и нос, любопытный наверное чересчур. Надо хоть на него посмотреть внимательно. Может и шарахаюсь от него заря… Так и онеметь не долго, забыла уже, о чем с людьми разговаривать можно. Вот, блин, что такое «не везет» и как с ним бороться! Ну, Сережка, ну козлёнок!»... Так, вот, я шла и чертыхалась, до самой кухни... Там — мой помощник во всей красе и в знакомой позе. И вопрос навстречу:

— Ну и как? Знакомиться будем?

— Вот иди и воды принеси!

— Да не вопрос!

«Ага, как же, один большой вопрос!» Мозг работал медленно.... «Да вроде, и ничего себе. Высокий, не старый, не дурак, опять же!. Жалко, что ли? Да пусть помогает, а то у меня уже руки как у обезьяны...» Я рассматривала свои руки и гадала. «Как же это я столько времени без маникюра живу? Нужно хоть кремом сегодня руки намазать... И вообще, на чучело стала похожа. Если тут некуда идти, так и что ж? Короче начинаю новую жизнь... Превращения в человека. Женщина превращается в человека... в условиях крайнего севера. УТОПИЯ. Ладно, хоть ума хватило стрижку короткую сделать. Еще и поругалась с мастером, что так коротко, а теперь — гляди, в самый раз. Махнула рукой и уже прическа! Надо получше для себя тут все устроить, чтоб хоть обмыться можно было нормально. Вот тебе, Светочка, подходящие условия для превращения в снежного, ой нет, в Чукотского человека. Ну, дорогуша, ты же РОМАНТИКИ возжелала, так получи в полном объеме... И в приложении — куча мужиков, которые смотрят на тебя как в зоопарке... Боже! На что же я похожа, штаны, как у клоуна… Ремень, что ли подтянуть? Рубаха — «Гаврош», сапоги — «Филиппок»!!! Красавица! Нужно что-то придумать под рубаху одевать, а то хожу по привычке без лифчика. Маленькие — жалко, вырастут — стыдно! Надо же, зеркала даже нет! Каменный век! Сама — овца, нужно было с собой взять, да не думала, что тут такое раздолье и… Я — ОДНА! Короче так, чем страшнее, тем неприметнее! Вот и молодец» — решила окончательно я, но тут же попросила Егора достать мне зеркало. Через пять минут он мне его доставил:

— Любуйся, принцесска!

И я полюбовалась…

Нос почему-то красный, обгорел что ли? Ну и жара, последний жир стопится, и буду как вобла... Дюймовочка в шапке ушанке… А не пошла бы ты, девушка, делами заниматься? На работу, кстати, сюда явилась…

Я живенько пробежала к начальнику.

— Ой, извините, у меня вот еще вопрос: мне хоть работу-то настоящую дадите? Времени у меня свободного много, отчет же потом написать нужно будет. И просто интересно… Я могу что-нибудь вместе с бригадой делать, только объясните что...

— Ну, если хочешь, конечно, поработай… Но так, чтобы там по времени и на кухню хватало. Я договорился по деньгам, по приезду тебе все оплатят..

— Ну, так это у меня целая куча денег будет!!! Это мои настоящие — ПЕРВЫЕ — деньги! Я ведь еще не работала, что бы вот так! Спасибо!! А на участок мне как, с утра, или сейчас идти?

— Можешь с утра А если хочешь, иди прямо сейчас, вон ребята уже отправляются.. Ты на буровой будешь, они уже спрашивали...

— В каком смысле спрашивали?

— Ну, просили, чтоб к ним в бригаду!

«Значит, спрашивали, ну и хорошо! Что ж… Попробую поработать.

***

Прожив на Чукотке уже несколько дней я никак не могла сориентироваться во времени: день-ночь.... ночь-день, всегда светло и солнечно. Сегодня поднялась на работу лишь под бодрый криком за окном. Выглянув, увидела: стоит, красавчик, улыбается: — рот до ушей.

— Ну, чё, пошли работать? А то щас уже уезжаем!

— Ой, я сейчас, минуточку.

Собиралась я со скоростью звука, ремень на штанах застегнула на ходу, но по привычке все подтягивала и одергивала. Вот я и на крыльце уже. Но споткнулась о взгляд Егора.

— Собралась? — Вроде вопрос простой, а меня прям током шарахнуло.

— Ага — говорю, — а сама на него выставилась. «Точно! На Бисера Кирова похож и голос приятный…»

— Я — старший группы!

«Да кто бы сомневался…» Вслух сказала:

— Ага, понятно! — И попыталась ему улыбнуться. Но… может врожденное обаяние свое я дома забыла, но на него моя улыбка что-то так не действовала: посерьезнел, смотрел со странным прищуром...

— В машину садись.

— А… я ж на нее не влезу!

— Не влезешь, я тебе помогу! — Сказал громко и все заржали, как кони.

«Ой, какая я идиотка… Сама напросилась: «Не влезу…». Не влезешь, иди вон ковыряйся с кастрюлями…».

Но Егор меня уже инструктировал:

— Ставь ногу сюда…Теперь сюда..

Видно я была плохой ученицей, потому через минуту меня подняли над грешной землей сильные руки, передали кому-то наверх… Голова закружилась, желудок заныл...

«Блин, что ж такое я съела? Вроде со всеми вместе…».

Но бедная голова кружилась не от этого… И жарко стало там, где только что были руки Егора… Слишком жарко. Прям адское пламя... Странное ощущение. И сердце колотится как... «Только бы не заметил никто!..Экзотики захотелось!!! А ведь захотелось, захотелось… И летела ты сюда, дорогая, именно за этим… Сама себе уж не ври…»

— Ну, как, нравится? — вопрос Егора все же о пейзажах…

— Нравится… И на вездеходе я первый раз еду. Ой, да у меня вообще в этом году столько всего в первый раз!

— Ну, это ты еще тундру по-настоящему не видела! Она талая… живая, одни только рощи березовые чего стоят!

— Где рощи?! — заоглядывалась я.

— Да вон же, мы по ним едем!

— Ой, точно! Это же карликовые, какая прелесть, маленькие такие! Я бы никогда не подумала, что это деревья! Просто как кусты, какие-то!

— А вот приедем на место, там и ягоды будут!

«..Ага, ягоды, потом грибы, а потом, ау, девушки-подружки?! Я заблудилась...! Что ж такое происходит? Хорошо, что машину трясет, хоть незаметнее, что щеки пылают. Наверное, все лицо пятнами пошло. Вот натура! Ну, подумаешь, кто-то, где-то приобнял, что ж такого? Чувствую до сих пор его руки… В следующий раз сама полезу… Ну его!!!»

***

Приехали мы к месту бурения, установили вышку. Я на все смотрела, раскрыв рот. Ведь это же все настоящее, все работает, не то, что в институте. И как представлю, что по сторонам на сотни километров — НИКОГО!

— Тут раздолье вокруг. Можешь покричать, если хочется! — Егор, как прочитал мои мысли. Сказал и засмеялся. Улыбка такая хорошая. Широкая…

— Зачем? — спрашиваю нарочито серьезно.

— Ну, может, захочется?

— Нет, уже не хочется!

Работали целый день, иногда пили чай, понемногу со всеми перезнакомилась. Один — очень молодой. Другой — старый. Третий — нерусский, эстонец, потом он сам о себе рассказал. Егор, он был… другой, отличался от всех, но в общей компании не делал акцента на свое старшинство. И все же его слушали, работали дружно, никто не халтурил. Хотя для такой работы это понятие неприменимо.

На природе, воздух такой, что задыхаешься. Запахи ... Их столько, что не понять, от чего же кружится голова, А может все же от мыслей… Или от обилия всего и сразу. День пролетел — не заметила Возвращаясь, уже болтали по-свойски. Стало немного легче теперь: буровики — люди как люди. Устала с непривычки. Еле смогла приготовить ужин и не могла дождаться, когда все разойдутся. Чай еще два раза пить приходили!

Было дикое желание искупаться и все с себя смыть. Отдраить все эти странные чувства и ощущения от его прикосновений. Тело ныло.

Теплой водой, что оставалась после последнего набега чаевщиков, попыталась обмыть себя. Идти еще раз за водой, не хотела, вернее, не хотела никому на глаза попадаться. Народ уже разбредался на ночлег. Кто-то курил, кто-то смеялся, звуки в тишине доносились странно, как в тоннеле. Эхо все забирало в себя. Я переоделась и решила выйти, посидеть на крыльце, послушать тишину.

Необычное чувство — здесь я СЛЫШАЛА ТИШИНУ! Казалось, сама земля вдыхает воздух полной грудью... ЛЕТО... Оно здесь короткое. Всего за два теплых месяца растения успевают прожить всю свою маленькую и такую яркую жизнь.

Вот так и нужно — раз!!!! И как пламя вспыхнуть — ярко, жарко, сильно, пусть даже обжечь!!! Или самой обжечься! Хоть один раз! Так хочется… его… сильного, необычного... Что бы такое вытворить, что бы зацепить!? Я же не уродка… И никто никогда не узнает... и кто кому здесь расскажет? А мне уже не важно будет…

Завтра что-нибудь спрошу этакое и посмотрю… Если ответит по-человечески, а не будет из меня дурочку делать… Ох, ну, какие же у него глаза! Голос хриплый.. Блатной что ли? Все они тут немного странные...

***

На другое утро я была уже как огурчик, задолго до подъема. Приготовила чай, что-то там вымучила с кашей и с тушенкой. «Нужно есть поменьше, а то скоро сама буду, как банка с тушенкой...»

Но какое же блаженство, пить сгущенку в неограниченных количествах. На складе всего вкусного — завались, сама половину сожрала уже, наверное.

«Блин, нужно порядок еще сегодня в своей комнате навести. Там куча чьих-то шмоток. Мужик что ли жил у этой поварихи? Даже книги… Вот Робинзоны Крузы!!!

Спрошу сегодня, куда можно это сложить, а то потом скажут, что чужое тронула… Со стыда еще я не сгорала»..

***

Чай выпили на удивление быстро, торопились.

— Так, если ты сегодня с нами, быстро собралась и вышла, все уже готовы! — голос Егора за спиной.

«Ух, ты! Еще один директор у меня теперь есть! И ведь нужно подчиняться!!! А что, даже приятно...»

Я попробовала причесаться, но вспомнила что это лишнее, быстро выскочила из домика. И сразу столкнулась со своим, теперь уже непосредственным, директором.

— Осторожно, грудью зашибешь!...Хотя, особенно и нечем! — Зачем он это сказал? Рядом раздалось дружное ржание...

Еле сдержалась, чтобы слезы не потекли прямо при всех.

"Все у меня есть! — со злостью подумала я и слезы мгновенно высохли. "Еще один пуп земли!"

Целый день странное предчувствие занимало меня… На вопросы отвечала невпопад, и от меня скоро отстали.

«А ведь тело еще ноет после вчерашнего! И сегодня сама в машину не полезу, пусть помогает!» Впрочем, Егора уговаривать не пришлось.

Весь день работали как-то весело. Все получалось. Потом вместе посидели, отдохнули, ребята рассказывали анекдоты, я смеялась от души. Хотя смысл их и выражения, никто особо не выбирал...

Я сама, никаких знаков внимания Егору не оказывала, старалась не смотреть на него. Смеялась в ответ на шутки, иногда что-то рассказывала. Даже и не вспомню, какую очередную чепуху… Иногда кожей чувствовала, как меня пристально изучают мужские глаза...

«Тебе бы патологоанатомом быть, а не буровиком»! — подумала я, вслух все же сказала:

— Егор, а ты что же ничего не расскажешь? Анекдотов не знаешь?

— Знаю. Я их тебе потом расскажу!

— Интересно, когда?

Пацаны стали резко собираться, у всех проявился вдруг рабочий задор. И тихо-тихо, все разошлись по местам, Егор медленно поднялся. Он оказался каким-то очень высоким, или мне так показалось. Я все еще сидела на земле. Нависая надо мной, склонился и сказал прямо в душу:

— Вещи там мои, у тебя, в балке лежат… Может, чтобы лишний раз туда — сюда не таскаться, я у тебя поживу. Вдвоем интереснее! Ты как?

...Сказать, что я онемела — ничего не сказать, но то, что чуть не зашипела от его наглости, это точно. Опять заныло в животе… И опять, как наваждение всплыл в памяти тот момент: Эти руки его… Поднимают, обнимают и щупают везде и одновременно... Собралась с силами, сказала:

— А больше ты ничего не хочешь?... Забирай свои лушпайки и сваливай! Ты меня, кажется, с кем-то перепутал! Другую вахту подожди...

У меня щеки пылали. Я не сразу смогла подняться с кочки, так мне стало не хорошо от его слов и взгляда. Что-то такое теплое потекло по жилам и ударило в голову.

— Тебе что плохо? Ты чё красная такая? Стеснительная что ли?

— Не дождешься! — я уже почти кричала.

— Да что ж ты такая резкая и ершистая? —

Он усмехнулся и медленно пошел к ребятам: шапка сдвинута набекрень, волосы растрепаны, куртка развевается на ветру..

***

«Ветерок, ветерок, что ж мне так душно-то?... На меня, на меня подуй, дай вздохнуть немного прохлады, елки — палки !!!»

Вся задница у меня была липкая: уселась прямо на кучку ягод. Я немного пришла в себя, побродила в зарослях, собрала немного ягод голубики, засунула всю жменю в рот и стала медленно жевать. Работать уже не очень хотелось. Хотелось опять ковыряться в кастрюлях...

Ну и романтика же ж!!!!…

«Пожить ему со мной интересно!!! Может тебе ещё и поспать подвинуться?» Вперемежку с этими мыслями пришли неожиданно другие: «…Боже!!! Дура! Сам же просился… Нет чтобы… А я ж согласная… Ну что за характер?! Вон, ручищи какие — сильные, огромные, поднял даже не почувствовала, как от земли оторвал!...»

«А если обнимет? Наверное, и умереть можно… Теплые такие руки — ручищи... Обнимал меня! Ну почти обнимал... за талию. Хорошо, что у меня есть талия. А если бы не было или была бы как у Таньки? Хорошо, что у меня есть талия! И… кровать у меня такая широкая… Боже! О чем я! Сегодня же вечером пусть все свое забирает!!! А как пахнет от него ... так хочется шею понюхать!!....

А нос — большой!»

Вот так вот.

До самого вечера, я конечно, вещей не трогала, все лежало на своих местах. везде порядок, все чистое... и запах… его запах. Я зарылась лицом в рубашку... ДУРА!!!

***

Постучали в дверь тихо, еле слышно. «Открыто!» — Был ли это мой голос? — Открыто! — Я распахнула дверь. Солнце светило ему в глаза... А Егор с этаким прищуром смотрел прямо на меня…

— Я войду?... — Спросил, а сам уже стоял в комнате.

— Войди! — сказала я ему в лицо

— Может, чаем угостишь?

— ....А что, здесь других мочегонных нет?.. — У меня это вырвалось так непроизвольно, сама не ожидала. Он расхохотался… хороший смех… чистый. Я не смогла сдержаться… улыбнулась. Мне стало приятно, что я его рассмешила. И так мне вдруг стало здорово с ним! Как со старым другом! Чай мы пили долго, уж не знаю, как там ночь проходит, но время летело. А мы оставались на месте и только вдвоем…

— Может, ты спать будешь ложиться? — спросил об этом между прочим, а мне, как обухом по голове.

— Может и буду! Но к тебе это никакого отношения не имеет... Вещи твои там ... Забирай... И до свидания... — зачем я это сказала?

— Вот ты странная, все равно же потом обратно принесу…

Из меня уже полезли колючки:

— Ага! Лыжи сломаешь!

Ему, почему-то стало опять очень весело. Он сгреб все в охапку:

— Книгу не беру, почитай. «Сон в начале тумана». Кстати, это коренной наш писатель, чукча, очень хорошо пишет. Там и про любовь есть очень интересно. Ты же, наверное, любишь, про это читать? — И опять смеется... — Ну,  давай, приятных снов, красивая! — И вышел…

***

 

Я долго стояла на пороге. Потом зашла за угол и села на землю. От других балков меня видно не было. Хотелось побыть совсем одной, просто прислушаться к ночи и подумать. Очень полезно сделать это именно сейчас…

«Ну почему я такая? И почему ему никак не придет в голову просто схватить меня, просто сильно — сильно прижать и целовать, целовать... бесконечно... целовать... Так хочется его такого! Просто любить. А он… Ну что во мне можно любить?! Нос обгорел, глаза бесцветные, сисек и тех нет…».

…Посидела еще немного, раздумывая над своей женской никчемностью. Остыла. Поднялась в балок, заперла зачем-то дверь.

«От кого это я? Кровать… Действительно, какая кровать большая …! И я тут… одна... Интересно, какой он?. Да мне-то, какое дело до этого? Ну так… Просто хотелось бы узнать…»

…Мысли метались в воспаленном мозгу не давая уснуть, я долго ворочалась.

«Все-таки, действительно, какая большая кровать...»

Я наконец провалилась в сон. Спала беспокойно. Остаток ночи провела на грани пробуждения. …Снился опять тот же сон... я иду по горящей земле, почему-то вся спина в огне, и очень больно...

Утром встала, как побитая. Приготовила завтрак, накормила всех и напоила чаем. Сама слопала целую кучу галет и съела немереное количество сгущенки. Громкие голоса рабочих резали слух… Я молчала… Это стало заметно и, что бы не привлекать к себе всеобщего внимания, пришлось вступить в разговоры.

Жара стояла совсем по-летнему, зной к полудню уже изматывал. Все время хотелось съесть кусочек снега. На речке была наледь и я спустилась на берег. Потом долго сидела на камне, откалывала по кусочку ослепительно-синего, именно синего льда, и смаковала его..

***

Еще смену отработали. Вечер наступил незаметно. Вот чуть-чуть и уже обратно в лагерь поедем… А может, пойдем… Пройтись не мешало бы, а то как-то все одно и тоже. Тут же не очень далеко. Хотя у них тут 20-30 километров — это за углом. Расстояния-то в тайге какие огромные!

Егор подошел, как всегда неожиданно, а может, это мне уже так стало казаться. Встал близко… Очень… Я услышала, как от него пахнет… В голову ударило жаром.

— Вот жара, да? Тут есть карьер, затопленный, пойдем, там искупаться можно…

Я чуть не подавилась очередной галетой, их у меня, полные карманы. И не потому, что предложение было настолько неожиданным, а скорее оттого, что сказал прямо, без всяких предисловий, все в глаза... И ясно о чем.

«Искупаться, значит, захотелось! А я, конечно же, компанию должна составить. Деловой, сразу с места в карьер!... Карьер у них тут!»

— Так там же, наверное, вода еще ледяная. Когда же она прогрелась? Вон на сопках, местами снег еще лежит.  

— Да там классно! Вода нормальная. Я всегда там купаюсь. Пошли, хоть посмотришь!

— Да я не буду купаться! Мне и не в чем… Я и не собиралась!

— Да ничё, нормально все, не боись! Я отвернусь! Что я там не видел?!

« Да ничё ты не видел!!!» Подумала, но не обиделась на слова. Бодро согласилась:

— Ну пошли! А очень далеко?

— Нет, совсем рядом, вон за полигоном.

Шли, и правда, совсем не долго. Красотища кругом! Я аж рот открыла…

Снег стаивает, образуя на солнечной стороне огромные нависшие глыбы льда... И там, внутри, талая вода собирается и превращается в небольшие водопады, сбегая в маленькие озера. Горы здесь пологие, старые и только изредка попадаются обрывистые склоны (останцы) — раздолье для гнездования птиц, для норок зверей. Склоны сопок и низины, сплошь покрыты ковром уже спеющих ягод. Такого разнообразия вкусов и разноцветий еще никто, насколько я помню, не описывал.

Действительно — Живая Тундра!..

Карьер, и правда, был небольшой, похожий на маленькое озеро с хрустальной водой. Рядом расстилался ковер небесно-голубых цветов. Я никогда раньше ничего подобного не видела. Яркие глазки незабудок притягивали, руки сами тянулись к ним. Сорвала несколько цветков… Коснулась их губами… Нежные какие.... Я вернулась на землю от окрика:

— Ну, что ты там застряла? Давай нырнем или слабо?

— Да говорила же — не хочу! Холодно… и вообще, не в чем мне.

— Да я не буду на тебя смотреть! Давай, раз — и классно сразу станет! А то тебя же засмеют: была на Чукотке и не искупалась.

— А никто и не знает, что тут вообще снег тает! — ответила я и уже хотела было рискнуть. — Только ты честно отвернешься?

— Отвернусь, давай!

Я не то чтобы поверила, скорее сама захотела это сделать. Егор уже был только в плавках. В глазах у меня все поплыло: живот подтянут, все мышцы как струнки, жилы наружу, глазищи как угли и смотрит на меня… готовый к прыжку… только повернись к нему спиной!

Я сняла верхнюю кофту. Руки дрожали. "Я хочу или не хочу?.. Хочу или не хочу... ХОЧУ!!!"

— НУ!? — Он на меня прикрикнул. И вдруг… пригнулся, тихо матерясь. Вдалеке затарахтел бульдозер, кто-то ехал прямо в нашу сторону, я, со страху и стыда, стала быстро натягивать кофту.

— Да не торопись, это не к нам! Сюда никто не приедет, они знают, что мы пошли купаться!

— Ты дурак ,что ли?. А еще что они знают?

— Да ничего!...

Он отвернулся и лихо нырнул. Проплыл несколько метров, и выскочил из воды, как пробка!

— Дурак! Плыви назад! Замерзнешь!

Я тихо заплакала про себя. Мне, правда, было стыдно, хотя до тех, кто «что-то знает», не было никакого дела. Просто так стыдно стало и от мыслей своих и от такого неожиданного и страстного желания…

***

Тоска затопила душу, слезы не хотели проливаться.

«Ну, я же чувствую, я же сама все чувствую. Неужели ему самому не видно? Купаться ему приспичило! Да моржи и те на берегу валяются и ныряют, только когда  есть захотят. «Поживу у тебя…». Худющий такой… страшный… лохматый… Руки такие огромные…Я, наверное, в них вся поместилась бы! И губы — мягкие!!! Наверное... Когда он смеется у него видны нижние зубы… Интересно… Дура! У самой — верхние кривые.. Блин!!!! Зубы кривые, а я смеюсь во весь рот! Совсем с ума сошла! Да ему вообще в голову не придет со мной целоваться!

Напиться что ли!? Ой, они же там что — то ставили! Попрошу немного. Говорят, вечером пробу снимать будут. Брага что ли? Ну да, самогонку же потом гонят… Во, дура!!! Да че спрашивать? Возьму сама потихоньку, попробую и… всё.

***

Пробовать я не стала, запах стоял такой отвратный, что еле смогла крышку обратно закрыть. Ну и гадость, и ведь пьют с утра и до вечера... Немного навела порядок, убрала и перемыла посуду, спать не хотелось. Выйдя на крыльцо, осмотрелась, благо дверь в другую сторону открывается… никого не видно и неслышно… Тишина в ночи стояла оглушающая…и напряженная. Казалось, что и ночью природа здесь торопится жить..

Я послушала немного ночь, мысли опять попытались разметаться. Отвлекла от них моя новую подружка Найда, мамка щенковая. Она стояла и смотрела прямо в глаза…

— Ну что такое? Скучаешь тоже… А ты-то что? У тебя малыши, чего пришла? Спи иди!-

Но она стояла и смотрела.

— Ну, хорошо иди ко мне. — Собака подошла и присела около ноги, я стала ее гладить, приговаривая: « Хорошая моя, умница, мамулька, красавица…» Собака стояла, помахивая хвостом и «похрюкивала», потом завалилась на бок, легла спину… .

..Только спустя много — много лет, когда появилась возможность завести свою собаку, я узнала, что эта поза — высшая степень её доверия человеку…

— Ну, что молчишь? — Пытала я ее, — Ты ничего не хочешь мне сказать? Ты-то его дольше меня знаешь... Значит, не хочешь... Ну что ж … Вот завтра не дам тебе ничего вкусного, тогда  сразу заговоришь…

Собака смотрела на меня внимательно и… с сожалением.

— Значит, все таки, жалко меня?... Ну, и на том спасибо! — Я резко встала, вошла в балок, громко хлопнув дверью. С размаху плюхнулась на кровать…

«Я, как капуста … Столько одежек… А чуть легче оденеться — заболею еще…Не хватало тут сопли распустить… вот смеху будет»

С такими мыслями я провалилась в сон. Странный сон…Жара окутала всё вокруг… Было трудно и больно дышать… Тело пекло … Но почему — то.. не хотелось подниматься… Мысль сквозь сон, что это все не настоящее, это — неправда… но боль становилась уже осязаемой…

…Я проснулась так же вдруг…

Уже опять утро…Гул голосов: все идут в кухню, я еще не очухалась… Странная слабость и болезненные ощущения на грани сна и действительности…

***

— А что такое, кошмар приснился!? — Можно было даже не оборачиваться…Егор! Рот до ушей. — Есть предложение, как провести выходные и заодно отпраздновать мой день рождения!

…«О, Боже! Еще лучше! А довольный-то!»

— Ну, так, я поздравляю!

— Да еще рановато, через два дня! Предлагаю пойти на охоту! Принимаются только положительные отказы! Тем более тебя уже с нами отпустили. — Он смотрел на меня как — то странно, то ли приглашал, то ли просто констатировал факт: Вот и все дорогуша, пришел твой час!

…Я смотрела ему в глаза и уже ничего не боялась. Вдруг поняла, от ЭТОГО, действительно, никуда не деться. Даже если и не в тундре…

— Собирайся, я подожду. Ребята пока ружья возьмут, поохотимся. И посмотришь, как рыба на снасти идет… Такого на материке не увидишь.

— Ну да, можно подумать… — Сама же обрадовалась: «А может и правда, рыбалка! Все — таки Чукотка!!!»

На сборы мне хватило нескольких минут, покидала в рюкзак майку, носки, книгу тоже взяла: на всякий случай, не буду же я там, действительно, рыбу ловить. Ну, посмотрю немного… просто посижу рядом!

Егор был вроде удивлен моей быстротой:

— Молодец! Я уж присесть собирался!

«Ну да, то прилечь, то присесть! Прям магнит тут у меня!» — зачем я так подумала, если вслух сказала: — Да что мне собирать!? Я всегда готова!…

***

В поход мы отправились вчетвером. Как настоящие туристы… За плечами рюкзаки, ружья наперевес! Романтика…

Шли вдоль реки, так удобнее, ноги не проваливаются. Да и ориентироваться оказалось намного легче. Идем вперед, река-справа, обратно возвращаться будем — должна быть слева…

Так мы шагали не знаю сколько времени. Останавливаясь на привал, охотились. Мне даже дали в руки ружье и я добросовестно палила по птицам. Есть очень уже хотелось!!! Ужин ребята приготовили по-лесному настоящий охотничий: птицу пожарили, набрали ягод, заодно слопали почти половину галет. Пир, да и только…

Прошли еще сколько-то и, наконец, решили сделать привал с ночлегом. Развели костер. Мне постелили ватник, уложили и укутали так, чтобы ветер дул мне в лицо, тогда огонь костра меня не достанет. Я провалилась в сон мгновенно. И тогда... опять этот полубред-полусон… Меня мучила жажда! Мое тело все горело! Боль пронизывала все внутри! Я не могла отмахнуться от этого жара, я кричала и звала... кого не помню!

Сильные руки подхватили меня и понесли… Боль не отступала! Все тело странно пылало... Потом до меня стало доходить, что кто-то страшно ругается и кричит…

Я очнулась… Пахло противно…Смоленой курицей… И страшная боль! Это же у меня болит… Слезы давно, еще со сна, текли по лицу, я тихо поскуливала, плакать в голос боялась… Да и стыдно же было!   Штаны ватные прогорели полностью до самой кожи! Ничего не чувствовала, кроме адской боли и жгучего стыда...

Да уж... романтическое путешествие!!!

Егор в бешенстве орал на парней. Когда дошла очередь до меня, гаркнул:

— Ну, неужели ничего не чувствовала?

— Нет же, мне сон приснился, уже второй раз… Я не думала, что горю наяву — Я уже плакала в открытую, хотя понимала, что его это и бесит… и жаль ему меня …

Он оттащил меня за ближайший кустарник.

— Снимай штаны быстро, щас все присыхать начнет, совсем не отдерем!

Я залилась слезами:

— Да не могу я!

— Ну что еще там?-… он еще был зол и немного растерян…

— Можно я на ухо скажу?

— Давай! Только быстро!

— У меня месячные! — Я уже не контролировала себя.

— Блин, этого еще не хватало! Чудо! Ты знала, когда собиралась? Не на соседнюю улицу гулять пошли!

— Я думала… успею! Ты же сказал на сутки!

— Так, где твои вещи, что там есть? … — он уже выбрасывал мои пожитки из рюкзака. — Книжку она взяла?! Ты когда ее читать собиралась?

Он оставил меня стоять в кустах, а сам быстро пошел к ребятам. Они засуетились, кто-то разорвал ватник, выпотрошил вату, нашли масло, Егор стал раскладывать что-то вроде компресса.

— Так, грамматейка, поворачивайся ко мне причинным местом, щас будем лечить!!! — Я вдруг заметила, что он… почти улыбается. — Посмотрю, наконец, что давно хотел увидеть, правда, не при таких, а более приятных обстоятельствах. — Глаза уже смеялись, а голос теплел. — Потерпи немного, щас будет больно, вся ткань поплавилась на коже. Нужно все, что пригорело снять, что бы масло подлечивало. Поняла? — Я закивала, но со слезами справиться не удавалось, когда он неожиданно сорвал с меня плавки.

— Я знаю, больно, но пожалуйста, потерпи… И не плачь, пожалуйста, все заживет… Я терпеть ненавижу, когда плачут!

Я заставляла себя успокоиться, но носом еще громко и сочно хлюпала…Боль я терпеть умею, но было очень больно!...

Наконец, процедуру лечения закончили. Мне дали простые штаны, чтобы сильно не терли ожег. Я сразу же утонула в широченных брючинах. Хорошо, что ремень помог обмотать штаны вокруг талии. Ребята все еще были под впечатлением, много не разговаривали…

Все смотрели на Егора, и жали, что же он скажет.

— Ну, не знаю даже как ей дальше идти ,она не сможет далеко…Черт, придется врать, что нет там ничего на старой стоянке.

Делаем так: вот вам, герои, карабин, — и возвращайтесь. Я себе ружье оставлю, оно полегче. Никому ни слова! Пока доберемся, немного подживет. Бригадиру, скажете, что мы идем следом. Там не дураки, сразу сообразят, что мы…пожелали побыть вдвоем. Ясно? — И уже без приказного тона ко мне:

— Света, ты как? Потихоньку сама сможешь передвигаться? Потерпишь? Пойдем медленно! Тут недалеко оленеводы должны кочевать, тропа у них. Повезет — встретим! Может подвезут. Пойдем напрямик, через перевал, сократим много. Может одновременно с этими… и вернемся в лагерь.

***

Идти было, действительно, больно, но я старалась не ныть: сама была виновата… Обидно было, что теперь я полностью зависима. Хотя и не очень уж обидно…больше даже приятно… Ну и ну! Уже смешно самой: нужно было спалить задницу до костей, что бы остаться наедине с желанным мужчиной… Даже не знаю куда мы идем, вот это да!!! Желанного — какое слово! Как приятно думать, а уж вслух сказать — чисто музыка!

— А куда мы идем-то? Вроде в другую сторону!? — я уже собиралась возмутиться, как положено в таких ситуациях, когда порядочную девушку злодей увлекает в дебри… Я ж таки литературу читала, ну и все такое…

— Куда надо!

— А куда нам надо?

— Скоро узнаешь..

— А сколько сейчас времени?

Егор уже начинал понемногу злиться... Часы у него были очень интересные, сразу определила — дорогие! Я встречала уже в своей жизни красивые и дорогие вещи, так что на первый взгляд это то и было!

— Скоро полдень!

— Здорово! А нам еще долго?

— Сказал же, как придем — увидишь! И отстань сейчас, а то я и сам с тобой заблужусь!

Я собиралась сначала обидеться, ведь грубостью повеяло, но потом мои мысли опять вернулись к началу всей проблемы, и снова все заболело!

Наверное в раздумья о случившемся я непроизвольно застонала... Егор так резко обернулся, что я чуть не шлепнулась на свою многострадальную задницу...

— Больно?! Может, отдохнем немного, еще не близко, что-то я не вижу то, что нужно. Придется еще немного пройтись, но теперь все время по верху. Так легче: и прохладнее, и виднее дальше!

Мы поднялись на вершину сопки, справа и слева простирались крылья перевала, а внизу была чудесная долина, вся разноцветная, колышущаяся …

Мы устроились на отдых. Я лежала почти, на животе, даже на боку было немного некомфортно! Егор рядом растянулся на спине, полежал недолго, глядя в небо, потом тихо сказал:

— Прикинь, мы тут одни. АБСОЛЮТНО!

Мне стало немного не по себе. Наверно я слишком затихла, раз он весело засмеявшись, кинулся успокаивать меня:

— Да не бойся ты, солдат ребенка не обидит! Че с тобой делать-то сейчас?

Постановка вопроса, или это уже была констатация факта, меня не слишком обрадовала, но и разочарования я не испытывала… попыталась подыграть шутке:

— Да уж! Судьба такая!

— Да уж! Что такое не везет, и как с ним бороться!

— Егор, а сколько тебе лет? — брякнула я и только потом поняла, какую глупость спросила…

— А что? Старым выгляжу?

— Да нет, я так спросила…

— Любопытная что ли?...

— Да говорю же, просто так спросила, о чем еще разговаривать?

— Ага! Так тебе со мной уже и поговорить не о чем, а мне кажется у нас теперь много тем для обсуждения появится… Особенно после того, как вернемся… Никто же не знает где мы и чем занимались тут… Значит, будут думать, что занимались! Как тебе такое развитие сюжета?...

— А чем со мной можно сейчас заниматься?.. Ничем!

— Ну, это с какой стороны посмотреть?...

Он уже явно веселился… Я понимала: он дразнит меня… И было так просто и легко просто сидеть и препираться… даже на такие пошловатые темы…

…В зарослях что-то зашуршало, резко проскочило, потом вроде поползло..… Я подскочила, забыв о боли.

Егор схватил ружье: — Вот щас я тебе что то покажу! —

и тут же раздался выстрел!

Все произошло очень быстро. Я от неожиданности упала навзничь! Когда подняла голову, в руках у него был маленький зверек…

— Вот из шкур этих красавцев шьют мантии королям!!! Это-горностай!! Дарю!!! Щас я тебе его шкурку сделаю.

Он быстро и ловко снял шкурку, очистил ее ив растянул на каком-то маленьком сучке, поставил по ветру…

— Пусть выветрится и подсохнет…

Солнце тут двигалось по кругу, все время с разной стороны… голова даже кружилась от такого необычного явления… Искоса взглянув на его часы, я поняла: вечер все же. Мы прошли еще немного вниз и вдоль по склону сопки, и нам открылась огромная поляна в пойме речки… И на ней был разбит чей-то лагерь!…

***

— Оленеводы стоят! Даже и не надеялся их встретить! Просто повезло! ... И вообще, что-то везет мне в последнее время. Тьфу, что б не сглазить!!!…

…Ветер донес незнакомые запахи. Я, прикрыв ладонью глаза от солнца, вгляделась в незнакомую для меня картину и … увидела… СТАДО СЕВЕРНЫХ ОЛЕНЕЙ! Сразу вспомнилась сказка о Снежной королеве!

— Боже! — воскликнула я — Это что еще за чудища?

Стадо непередаваемо «благоухало», шуршало, сопело, чавкало, журчало и безостановочно двигалось!!!

— Олени! — заорала я, как ненормальная! — Ой, сколько их тут! Много как! Ух ты! Целое стадо, да? Это стадо?! Какое чудо, вот везение! А мы туда вниз пойдем?

— Ну, а ты как себя чувствуешь, может, обратно вернемся?! Я не уловила шутки и была уже вся там, внизу, в долине. Даже боль, мне кажется, стала меньше. Или от увиденного у меня столбняк начался?...

Спускались мы все же осторожно. Егор меня почти нес, хотя у него это называлось — контролировать ход!.. Когда мы подошли совсем близко, я увидела этих красавцев — настоящее стадо, настоящих живых оленей, их огромные раскидистые рога. Как маленькие деревца на головах у каждого… Олени задевали друг друга, цокали и клацали рогами, но странное дело: они друг другу не мешали!!!!

У меня загорелись глаза, запылали щеки и не от температуры! Егор тихо посмеивался:

— Ты что как дикая! По телеку не видела северных оленей!?

— По телеку видела, ну так это же совсем другое! Ты что, не понимаешь?

Я пропустила мимо ушей все остальные колкости Егора, до чего все было любопытно и потрясающе! Настоящие оленеводы, настоящие ЧУКЧИ! Герои самых обидных анекдотов, про глуповатых людей. Позже я их никогда не слушала, мне было не смешно. После этой практики я их просто возненавидела и всегда в грубой форме обрывала рассказчика…

***

Обитатели стойбища нам искренне обрадовались. Не знаю, был ли Егор с кем-то из них знаком, или это было просто их традиционное гостеприимство… Хотя какая разница? Пришел человек — он ГОСТЬ!!!

На меня с интересом поглядывали из-за его спины, все хотели меня рассмотреть, а я чувствовала себя, как корова на базаре.

— Ну что, все путем. Мы гуляем, ты — моя невеста! Нам отдельную палатку щас соорудят, как молодоженам! Ночуем!

— Как ночуем? Ты же говорил, что отдохнем и попросим, что бы нас немного подвезли?! Хоть до нашего перевала!

— Я сказал — ночуем!!!

Я готова была провалиться прямо в Америку. У меня, кажется, даже начал дергаться глаз. Ох, нашла же я все-таки себе приключение на… То, что обгорело.

«Придурок! Скотина! … Господи! …Что же делать? "

Палатка стояла на отшибе, вход-выход в другую сторону… Постарались предусмотрительные хозяева!

На костре кипел огромный котел с водой…Нам Предложили попить чаю, я половину умудрилась пролить… Егор внимательно наблюдал за мой.

— Да, устала очень! — сказал, видя мою маету. — Пойдем спать.

…Он не спросил и не приказал, но прозвучало это так, что кроме «Да!» другого ответа не предусматривало. Посмотрел на меня…в упор. Тепло и зовущее.

И протянул руку… Моя рука, предательски дрожа, легла на его ладонь.

Когда он застегивал за нами вход в палатку, мне казалось, что каждый щелчок очередной застежки, отдавался в мозгу метрономом, что в эту минуту начал отстукивать новый ритм моей жизни…

***

Палатка была на удивление высокая. Мы стояли в ней, не пригибаясь. Щелчки закончились. Внезапная тишина оглушила на секунду…другую…

Одновременно повернулись лицом друг к другу и… Я ухнула в его глаза. Бездонные и горящие. Без сопротивления.

… Мы целовались так, будто это было наше  единственное желание на земле… И последнее. Казалось, если мы остановимся, чтобы вдохнуть воздуха, мир рухнет. Я задыхалась… Но не возможно было остановиться… Еще! Еще! …

Остатки мозга лихорадочно выдавали что-то такое: «Как жаль, что отрезала волосы… Он бы сейчас зарылся в них… Я бы откинула голову назад... Как хорошо целуется… А руки…Только бы не остановился… Крепче пусть обнимет! Сразу и везде!!!» Но сама же и взмолилась:

— Егор, пожалуйста, остановись… Я больше не могу. У меня ноги подкашиваются, я упаду сейчас…

— Никогда, слышишь, ты никогда больше не упадешь. Я всегда буду рядом! — Он уже отдышался. Видимо вспомнил о моих ранах, раз спросил: Тебе не больно?

— Нет! Я ничего не чувствую!!! — Соврала. Чувствовала же горячий ожог… Но уже в другом месте. Об этом не скажешь…

— Вот видишь, как замечательно! Новый шок и боль ушла!!!

…Мы опустились на постель из оленьих шкур. Пестрая куча меха, бесконечно мягкая, теплая, скользящая под пальцами …

— Иди ко мне! — он говорил одними глазами, а мне казалось, кричал… Во всеуслышание…

И тут уже я вспомнила!!!...

— Подожди, пожалуйста, я же не могу! Не могу! Я же говорила — Шептала ему в губы или тоже кричала? А сама обнимала его все крепче.

И он не захотел услышать меня. Притянул к себе сильно, стал стаскивать с меня одежду… Майка была, и — вот ее уже нет... Когда я оказалась без всего, он уже был готов… Мое последнее сопротивление: «… Мне нельзя…» было им смято.

Но тут старая БОЛЬ напомнила о себе. Она была такой, что я задохнулась от неожиданности и не смогла сдержать стона. Он отпрянул на мгновение. Видела, что испугался… Но остановиться уже не мог! Зарычал… Теперь уже я взглянула на него… До меня дошло что случилось. Из его глаз текли слезы.…И он смеялся...

Ну просто каменный век!!! Шкуры зверей, полумрак, шелест природы за стеной… Мужчина и женщина! Вечная тайна!... Два незнакомых человека в безумном, почти в бессознательном танце тел… И этот восторг!

Он настиг и меня...Я кричала…Не умела... Хотя он ждал... Знаю. Я во все глаза смотрела на него, и не могла даже выдохнуть полной грудью... Мне казалось, если я это сделаю, я растворюсь, и тогда — ВСЕ!!! А я не хотела этого прекращать, я уже не думала ни о чистоте, ни о запахах. Они как раз и  возбуждали этот дикий голод… …Разжигали эту странную пляску.… Это продолжалось бесконечно… Мне так казалось. Он обнимал и ласкал меня…одновременно везде… Вот они… Его руки… Его ладон… Его пальцы… Я — для — Него… Он — для — Меня…

Небо расцвеченное звездами… вот что я увидела в конце тоннеля, но выбраться на свет я не спешила.… Я путешествовала в пространстве тел, душ напоенном счастьем…

Секс! Страсть! Сила! Радость! Нежность! Счастье! Восторг! — Может такой она и бывает — Любовь?

***

«Какой кошмар!» Все тело было в крови, ноги, руки…

— Все хорошо, — тихо сказал Егор, обнимая меня сзади. — Все хорошо! Я сейчас, быстро. Он выскользнул бесшумно, как дикая кошка. Вернулся быстро, весь мокрый и с теплым чайником!

— Хочешь, я тебя сам искупаю?

— Хочу, — одними губами попросила я…

…Наше совместное купание завело нас опять туда, откуда мы не торопились возвращаться.

Это продолжалось всю ночь… Усталости не было, боль чудесным образом не напоминала о себе. Егор был осторожен, нежен и внимателен… Его руки и губы всегда были у цели!!! Я — подчинялась!!!! Я — трепетала!!! Я улетала и возвращалась на грешную землю, я потеряла счет времени… Я просто — БЫЛА!!!

Время отсчитывало секунды, минуты, часы внутри нас ударами сердец, биением пульсов, ритмом наших распаленных тел… Но оно остановилось для нас двоих... Остановилось надолго. Лишь солнце, бродило по кругу, олени, все так же, но чуть глуше, дружно сопели и топтались вокруг, все также текли реки, все также буйно цвело все вокруг... Только мы, двое, лежали в тишине...

***

Я боялась пошевелиться и спугнуть тишину. И все же:

— Егор, а сколько сейчас времени?

Я сказала это так тихо непослушными губами, что даже сама себя не услышала. Он услышал:

— Да откуда ж я знаю? Наверное, уже утро.

— Так часы же на руке, посмотри!

— Черт! Все время про них забываю! Просто ношу, не знаю зачем. И потом, ты же на этой руке лежишь, а мне это доставляет большее удовольствие. Во, придумал! Давай ты их будешь носить, а у тебя всегда буду спрашивать время? Ну, как?

— А тебе не жалко, вещь дорогая? Не боишься?

— Неа! Целее будут! У тебя — как в сейфе. Иди ко мне!

— Да ты что, уже все встают, шуршали уже, я слышала.

— Все равно раньше полудня не поедем, еще поесть надо, а то я голодный, как стая волков!

— И я очень кушать хочу! А может лучше чай и все? Этот напиток меня бодрит…

— Ну, ты можешь чаем взбодриться, а я лучше поем! И тебе лучше хорошую кружку бульона из оленины выпить — натурально — живая жидкость!!!

Егор спокойно встал, медленно, нехотя оделся, посмотрел на меня долго-долго..

— Нам нужно идти!

— Я знаю! Я все понимаю!

— Раз понимаешь, вставай! Не заставляй меня передумать!

Я вскочила так резко, что потревожила ожог и оттого завыла. — Больнооо!

— Да что же ты делаешь, болезная моя! Забыла? А я вот теперь не скоро забуду!

Боль была просто резкой, но быстро прошла, осталось только нытье…

— Ничего, щас выпьешь бульончика, немного отдохнем и в путь…Потихоньку разойдемся, не будем спешить…Нам, я так думаю, уже — НЕКУДА!!!

***

За завтраком вокруг костра было весело, пастухи радостно наперебой рассказывали свои байки. Я, раскрыв рот от изумления, переводила взгляд от одного к другому, потом на оленей…

Добрые, умные, бескорыстные маленькие ЛЮДИ… Со своими проблемами, болезнями, нищетой — никому не нужный НАРОД!!! Многому у них не мешало бы поучиться! Хотя бы просто — честности!

Кружка бульона, а размером она была с маленькую кастрюльку, сотворила чудо: утолила голод и энергия с новой силой всколыхнула организм… Тепло побежало по венам, щеки разгорелись.

— Ну что, сиди, не сиди, а идти пора.

Егор протянул руку, я встала. Большущая пастушья собака тихо подошла и села рядом, я потрепала ее за ушами, погладила по груди…

«Вот и все милая! Все закончилось! Счастливая, ты на свободе, сама себе хозяйкой живешь!» — мысли уносили обратно в ночь… Защипало глаза…

Все разговоры вдруг замолкли! Оглянувшись на пастухов, заметила, как они с изумлением смотрят на меня.

— Ничего особенного. Ее все собаки любят! — Егор смеялся: — Ее девичья фамилия — Дурова!

И все заулыбались. Вперед выступил бригадир:

— Так, ребята, можно в путь. Вот Мишка вас довезет, куда надо. Свете, как молодой невесте, отдельная карета. —

Волокуша, уже прицепленная, стояла в сторонке, на дне валялись несколько шкур. Мы стали прощаться:

— Спасибо Вам, спасибо большое! Удачи и всего самого доброго! До свидания!!!

Слезы опять навернулись на глаза! «ЧУКЧИ… Добрые, маленькие, ранимые люди! Какое «досвидания»?! Прощайте!!!»

Ехали мы  все же долго. Я полулежала на дне волокуши и смотрела в небо. Абсолютно чистое небо! «Интересно, что с самого начала вахты, я не видела ни одного облачка! Аномалия что — ли? И дышится как-то… Не надышишься. Не успеваешь. »

Мишка остановил трактор на вершине. Не сговариваясь, мы сошли со своего транспорта и решили пройти остаток пути пешком. Потихоньку, не торопясь… Тут только пройти немного вдоль хребта и спуститься со склона. Лагерь внизу, в долине. Прощаться с нашим проводником долго не стали. От души благодарили, послушали пожелания счастья и расстались, а он потарахтел обратно.

Ну а мы… Мы молча стояли и смотрели друг на друга…Вот…Вышли на финишную прямую. Кто или Что победит?

Поцелуи были уже совсем другие… Нежные, долгие, глубокие… Мы расстелили на земле единственный свитер и просто лежали, смотрели в небо и молчали. Каждый — о своём!

— Время сколько? — Теперь уже у меня Егор спросил со смехом.

— Ой, наверное, уже совсем пора?!

Мы пошли уже побыстрее. Я даже не особо замечала тянущую боль, почти и забыла о ней. По дороге фотографировались, дурачились, хохотали. Я смеялась, как не смеялась никогда и не с кем.

— Как здорово, что можно смеяться во все горло!!! Мы одни!!! …

Все было так чудесно — нереально!!!…

***

Потом мы опять долго шли. Он — впереди молча. Солнце светило ему в лицо. Я молча ковыляла сзади, и радовалась, что он не видит, как мне плохо.

Ненароком зацепилась взглядом за его темный силуэт на фоне солнца… И усталость сменилась весельем.

— У тебя уши светятся! — И это было так трогательно… — У тебя прозрачные уши!!! — ляпнула и затихла. Потому что он не ответил. Шел впереди молча. Минута… другая в безмолвии… Я не знала, что означает это напряженное молчание. И вдруг:

— Я люблю тебя! — Он сказал это, не оборачиваясь и не останавливаясь. Сказал не громко, но мне показалось — гром грянул!

Резко остановился. Обернулся — в лице ни кровинки!

— Что же мне теперь с этим делать? — вопрос мой — глупее не бывает.

— Я не знаю… Что МНЕ с этим делать? — Он смотрел на меня, и я увидала совсем другого Егора. Уже который раз за сутки другого… В тот миг он вдруг стал похожим на мальчишку, совсем не знающего жизни. И он действительно любил...

Как я смогла собрать осколки сознания в кучу, не знаю. Не нашла ничего лучше, как пошутить:

— Ну, тогда жених должен поцеловать невесту! — И это было правильно.

Он схватил меня в охапку и так прижал к себе, что я перестала дышать… Но не жить! Мы прожили до вечера целую жизнь… Целовались как перед концом света…

***

Когда спустились в лагерь, он был пуст. Все отдыхали.

Как на нас орал начальник отряда, наверно, слышали пастухи на другой стороне перевала.

Егор был зол, но упрямо молчал и не огрызался.

У меня сердце ушло в пятки. Никто из балков не высовывался, боялись получить свою долю …

— Да делайте вы, что хотите, только на себя потом пеняйте!... — Выпалил это напоследок, начальник ушел в балок, чуть не развалив дверью косяки.

— Ну что?! — Егор уже победно улыбался. — Теперь мы будем жить ВМЕСТЕ!

***

Мы были вместе в поле еще около трех недель. Егор остался работать и со следующей вахтой. Я же продолжала совершенствовать свое поварское «искусство».

Время летело незаметно, мы дарили его все до последней минутки друг другу.

Многое произошло за это время и смешного, и не очень, и плохого и хорошего, но со всем мы справлялись дружно. Ни разу не поссорились, не поругались. Понимали: дорог каждый миг этой НАШЕЙ жизни!

Что будет с нами потом — мы не ведали и не обсуждали будущего!

***

По возвращении в город мы расстались.

Но оно того стоило! — мысли работали лихорадочно: «Первое и срочно: маникюр-педикюр-парикмахер» …Я хотела быть красивой. Для него!

В общежитии про мои чудеса уже были наслышаны! Мир не без добрых людей, но меня это не волновало. Гораздо сложнее было другое: в течение нескольких дней я не видела Егора, не знала где он и что с ним. Хотя — дом семья. Пыталась с этим смириться, но холодный комок в груди мешал дышать.

Все же окунулась в жизнь общежития. Девчата из Томска тоже закончили практику, собирались домой. Сборы. Проводы. Вот и лето прошло!

Однажды меня позвали в холл общаги к телефону…

— Света? Здравствуйте! Это мама Егора, нам нужно поговорить. Приходите ко мне, запишите адрес…

Я впала меня в полный ступор: вот оно! Идти решила однозначно: «Будем решать проблемы по мере их поступления!» — так говорил мой любимый преподаватель…

Дверь открыла очень приятная женщина, умные внимательные глаза: «Это что-то профессиональное!»

— Проходи, присаживайся!

— Благодарю Вас!

Язык почему-то перестал слушаться, в горле пересохло, все слова решили застрять там в самый ответственный момент.

— Света, я в курсе того, что произошло. И жене Егора добрые люди успели доложить о ваших приключениях. Но ты же понимаешь, что у ваших отношений нет будущего. У него семья.

«Так… Лучшая защита — это нападение. Нападать не буду, виновата сама, но и не сдамся! — Казалось голова лопнет от мечущихся мыслей. — Только бы не сорваться!» Как можно спокойнее ответила:

— — Я знаю! И я его люблю! Этого у меня никто не отнимет! Он старше, у него дети — я в курсе всего. Но со своей жизнью я могу делать все, что хочу! Знаю, что так не бывает, но, один раз живем, и эту истину я постигла в полной мере! Никаких условий я не ставила. Я его даже ни видела после возвращения! Так что не переживайте! Семью разрушать не буду. Уеду! Если что не так, извините! У Вас сын — очень хороший человек, искренне желаю ему добра!

Не помню, простилась ли… Слезы душили. Дорогу совсем не видела, но знала — мне только прямо!

В общаге проводы был в самом разгаре! Водка — рекой! Силы свои я не рассчитала… Организм дал сбой…

***

Утро наступало со скрежетом, голова болела, и не столько уже от водки, сколько от слез. Идти никуда не нужно было, все уже улетели. Я просто лежала и смотрела в окно.... Небо! Никогда больше не увижу такого неба как на Чукотке! Не увижу бескрайних просторов! Не увижу ЕГО! Все! Домой!!!

«Документы забрать, отчет подписать, волю в кулак, сопли вытереть!» — Дела с легкостью свершились. Осталось еще полдня без дел. «А не пройтись ли тебе, дорогуша, по магазинам, это успокаивает!» И я снова ринулась вперед…

Мы встретились случайно. Он тоже этого не ожидал. На миг подумала: пожалел, что столкнулись… Но глаза его не обманули!… Такой родной до боли голос навстречу:

— Пойдем ко мне. Хочешь чаю?

— Хочу! — мой ответ был мгновенным.

Квартира нас встретила осуждающей тишиной… Но я даже не поинтересовалась где, кто, почему…

И ОПЯТЬ… НИРВАНА…

Егор пошел провожать меня уже поздним вечером. По дороге почти не разговаривали. Я не стала делиться подробностями встречи с мамой, вообще об этом ничего не сказала. Если она сочтет нужным, сама ему все скажет…

Вот и пора прощаться.

— Мне улетать через три дня!

— Я слышал. Ты уже и расчет получила, целую кучу денег!… — та меня смотрел мой прежний, слегка насмешливый Егор.

— Да, правда, таких денег я еще не видела. Уже начала тратить, купила несколько приличных вещей. В Москве буду с пересадкой, у меня там времени — до вечера, посмотрю Красную Площадь и дочке хочу в Детском Мире подарок купить — игрушку большую! Какой у никогда меня не было!

Он ушел молча. Я не приставала с долгим прощанием. Понимала — не нужно этого…

***

В день отлета Егор… пришел с вещами.

— Я лечу с тобой! Я решил!

Плотина треснула! Слезы полились ручьями, началась истерика…

— Ну что ты так? Я правда — с тобой!

В аэропорту случилось такое, что и сказать страшно… При проверке документов оказалось, что паспорт Егора недействителен. Нужно было поменять в 25 лет, а он, конечно, забыл… Да и не мудрено с его походной жизнью…

С новой силой хлынули слезы. Я хватала тетенек в форме за руки, я умоляла дяденек милиционеров… То ли вид у меня был окончательно безумный, то ли звонок Егора кому-то из дежурки помог, но ему в итоге сказали сказали:

— У вас есть один месяц срока, по возвращении заплатите штраф, поменяете паспорт… — и махнули в сторону самолета.

В салоне самолета людей было немного. Мы сидели обнявшись,  я зарылась лицом ему в рубашку и шептала оттуда:

— А кому ты звонил?

— Маме!

— У тебя всемогущая мама!?

— Да!

— Спасибо ей!!!

— Я обязательно передам! — но этих слов я уже ничего не слышала. Я спала!

***

В Москве мы пробыли весь день. Как же было чудесно вместе бродить по магазинам, по кафешкам, покупать всякие безделушки… И просто быть рядом!

В Детском Мире мы нашли то, что я хотела — чудесного милого мягкого Гнома — большого с огромными и добрыми глазами! (Забегая  вперед, скажу, игрушка эта до сих пор «жива», теперь с ней играют мои внуки, и они знают, что эта вещь мне очень дорога!)

Из Москвы мы поехали поездом… хотели время растянуть………

Дальше — хуже. Дома у меня все были в шоке! Девочка — дюймовочка оказалась стервой — разлучницей!

Егор уехал через день! Но мы встретились с ним еще один ПОСЛЕДНИЙ раз! Бабушка моя, царство ей небесное, настояла, что бы меня отпустили к нему отвезти забытые вещи. Она знала, что я вернусь!

Мы опять гуляли по городу и целовались, целовались, целовались!

Мне трудно все это вспоминать… Хотя, наверное, эти воспоминания — самое яркое в моей жизни. Ни о чем более я не смогла бы рассказать с такой уверенностью и с таким трепетом…

Не знаю, как сложилась жизнь Егора. Я писала ему несколько раз, но получила в ответ только одно письмо. Я ждала еще год! Хотя, наверное, я ждала всегда! Память — странная вещь.

Искренне надеюсь — он жив, здоров и СЧАСТЛИВ!!!

Реклама

Комментарии

Вам будет также интересно

Чукотка-лайф (Светлана)

В ответ на Чукотку Егора... пришло письмо от героини.

Чукотка-лайф (Егор)

Короткая любовь на Крайнем севере... изменившая жизнь.

Читать далее...

Танец шамана

Встреча героя с реальным проявлением необычного.

Читать далее...

Витёк — «дырка от бублика»

О вреде пьянства на Севере.

Читать далее...

Призрачный страж старой шахты (быль из жизни старателя)

Рассказ о том, что необычное все же случается. Даже в глухих Колымских дебрях.

Читать далее...

Люди гибнут за металл...

Васька Синицын жил на Колыме всю свою сознательную жизнь. Хотя какая она может быть сознательная у 20-летнего пацана? Да еще из неблагополучной семьи, да еще и сам он крепко «накатить» умел. «Так себе» жизнь была, не очень.

Читать далее...

Добавить статью

Приглашаем вас добавить статью и стать нашим автором

Поделитесь с друзьями

Статистика

©  Интернет-журнал «Серый Волк» 2010-2016

Перепечатка материалов приветствуется при обязательном указании имени автора и активной,
индексируемой гиперссылки на страницу материала или на главную страницу журнала.