Первая охота

        
         оставить комментарий

— «Вставай,  сынок» — крепкая отцовская рука потрепала Егорку за плечо. Тот сонно буркнул что — то и перевернулся на другой бок. 

— «Нет уж, дружок, просил меня вчера взять тебя с собой на зайчиков, вставай тогда, а то ведь потом хныкать будешь» — слова эти отец говорил уже с улыбкой, видя,  как радостно загораются сонные еще глазенки мальчугана.

— Я,,  шас, папка, быстро, хотел сон досмотреть. Интерееесный! Потом расскажу».

Егор вскочил с кровати и пулей полетел к рукомойнику, стоявшему в углу возле печки. Жили тогда еще они в «балке», это был маленький домик на краю далекого северного поселка, в котором разворачивалось строительство первой в мире заполярной АЭС. Отец Егора, хоть и был дипломированным инженером, но тут решил, что работа водителя выгоднее, так как заработок несоизмерим. В те годы платили за работу, а не за должность. Вот он и гонял свой старенький ЗИЛ-157 по «зимнику», доставляя в поселок продукты и оборудование из ближайшего порта, который находился уже в Якутии. Дома он бывал нечасто, мать Егора, тоже забыв о своем первоначальном образовании агронома (да и кому они нужны были здесь?), работала в столовой. Поэтому Егор почти все время проводил один. Ну, не совсем один — были еще друзья, а самое главное,  были КНИЖКИ.

Разговор об этой охоте, длился у них уже два дня. Отец ремонтировал машину и поэтому мог побыть,  немного дома. Как раз выпал первый снег, и они решили, что в эту субботу пойдут с Егором на «настоящую» охоту. Пацан был счастлив! Вчера он целый вечер таскал по комнате свои маленькие лыжи и даже САМ старательно пришивал веревочки к толстым, как сказала мама, «настоящим охотничьим» варежкам.  В общем, к далекому и трудному путешествию он был готов уже давно. Вот только проснуться,  пока никак не получалось. Но, когда, попив с отцом горячего сладкого чая, он по настоянию матери съел не очень вкусный омлет из яичного порошка, то почувствовал себя вполне готовым к приключениям. Егор даже стал поторапливать отца:

— «Ну, папка, ну четы там возишься! Что вы с мамкой еще целуетесь то, прям как маленькие, пошли уже скорее, все зайцы убегут!

Отец улыбнулся, подмигнул жене и скомандовал сыну:

— «Выходи на улицу. Строиться!»

Егор лихо кинул руку к ушанке:

«Есть!» — и, подхватив лыжи, потянул на себя входную дверь.

(примечание:  на Севере  входные двери открываются внутрь, чтобы можно было выйти из дому после сильного снегопада).

Вот и сегодня, в раскрытую дверь ввалился изрядный кусок снежной массы.

— «Мело ночью, ну ка» — отец отодвинул Егорку, взял стоящую у двери наготове лопату и в несколько взмахов очистил путь на улицу. Было раннее утро. Ну, это конечно по меркам ребенка, никто бы не потащил его в тайгу ни свет, ни заря, но все равно на улице было еще темновато.

— «Ладно, пока дойдем до места, уже рассветет, лыжи пока одевать не будем, снегу — то и немного, просто в дверь намело, как ты считаешь?» — как у взрослого, спросил отец.

— «Думаю, дойдем папка, что мы дети что ли?» — стоя по щиколотку в снегу, важно согласился Егор. И они пошли.

Сразу же, как обычно, их окружила стая поселковых собак, они дружелюбно махали хвостами и, пуская пар из разинутых пастей,  вились вокруг.

— !Байкал, — строго прикрикнул отец на их овчарку, — мы на охоту, не надо друзей!»

Байкал заворчал и куснул слегка одного, другого уличного пса. Те, очевидно сразу все, поняв на своем собачьем языке, отстали и теперь медленно шли далеко позади, по одной отставая в попутных дворах.

Так что к мосту, который  вел к стадиону, сразу за которым, собственно, и начиналась тайга, они вышли уже втроем.

— «Ну что, Егорка, надевай лыжи, теперь уже без них никуда, тут  тропинка заканчивается. Вот  оно — «царство-государство» заячье да куропачье. Как раз и солнышко выглянуло, пошли сынок?»

Знакомый, казалось бы, лес, преобразился на глазах. В лучах неяркого еще солнца искрились и переливались падающие снежинки. Ветви деревьев и иголки пихты были покрыты пушистым инеем. Лучи солнца касались их, и они искрились и переливались разноцветными искорками, как маленькие фонарики. Даже тропинка, которая вела в этот сказочный лес, в глубину его, была выстлана, казалось, мелкими цветными бусинками, которые, подмигивая, звали их ступить на нее.

— « И, правда, пап, царство-государство…» — прошептал Егор.

Медленно продвигаясь вслед за отцом по лыжне, Егор безостановочно крутил головой. Ему хотелось вобрать в себя все. Ведь рядом с отцом преображался вокруг  даже самый простенький кустик.

— «Смотри, сынок, видишь, — отец показал ему на цепочку следов, пересекающую лыжню, — вот тебе и первый зайчик здесь пробегал. А вон видишь, на тех кустах стланика белые комочки? Это не снег, это куропатки там отдыхают».

Много интересного было вокруг! И то, что он теперь прям  настоящий охотник, распирало мальчонке грудь. Он уже по-хозяйски вглядывался вглубь леса.

— «Пап, а вон еще куропатки, а вот снова зайчик бегал».

— «Да нет сынок, видишь следы, какие крупные, это, наверное, лисичка вслед за зайчиком бежала».

— «Съест...» — в ужасе зажмурился Егор, вопросительно глядя на отца.

— «Нет, не думаю сынок, зайцы они ведь быстро скачут по снегу, поэтому и лапы у них такие длинные» — улыбнулся отец.

Байкал внезапно негромко рыкнул.

— «А ну ка, что там, посмотри» — скомандовал отец. Пес бросился в густые заросли неподалеку от них. И вдруг!.....Взметая во все стороны снежную пыль, из кустов выскочил взаправдешный, живой олень! И закинув тяжелые рога за спину, быстрыми скачками понесся прочь. Отец вскинул было ружье, но чуть помешкав, опустил его.

— «Поздно сынок, далеко уже. — Стреляй папка, ну стреляй же, — дергал его за штанину Егор.

— Да нет,  не стоит, и вообще, мы ведь за зайцами сюда пришли, так? Ну, а раз так, значит, не будем менять цель. Запомни сынок, всегда надо делать то, зачем ты идешь. И вот сам подумай, зачем нам такой большой олень?. Мы бы и до дому то его не донесли, несмотря на то, что ты у меня уже такой большой и сильный помощник. Может, ты хочешь попробовать из ружья выстрелить?»

Сердце Егора ухнуло внутрь, это была его давнишняя мечта! Выстрелить, по — настоящему выстрелить из папкиного ружья! Сколько раз дома, когда он был один, он потихоньку снимал его со стены, и еле удерживая в трясущихся от напряжения руках, целился. Что он только себе не представлял тогда! По секрету, хотя и был Егор уже большим мальчиком, но, если честно и вы никому не расскажете, то он убивал из него,  даже страшного шестилапа из сказки «Семь подземных королей». А тут, вот такое! — Выстрелить!

Егор зажмурился,  потом вопросительно распахнув глаза, взглянул на отца.

— «Ты не шутишь, папка? Это вправду можно? Не врешь?»

— «Ну, сынок, что за слова то такие? Разве папки  могут врать своим собственным детям?» — сурово нахмурил брови отец. Егор не видел из-за густой бороды, что тот улыбается. Мальчик судорожно искал нужные слова, чтоб не испортить все. Не находя их, жалобно смотрел на отца. Тот уже открыто улыбнулся.

— «Ну ладно сынок, давай попробуем, но учти охота это убийство. Не боишься? Когда ты стреляешь и попадаешь в цель, там кто — то умирает. Это занятие для настоящих мужчин, сынок».

— «Я уже большой, папка, ты же сам говорил» — и глаза Егорки подозрительно заблестели.

— «Ну, что ж, давай начнем, вон видишь на ветке птичка?»

На росшей метрах в пяти от них, березе, сидела крупная серая птица.

— «Да папка, кто это?»

— «Это кедровка сынок, птичка такая она, шишками питается, ну что, попадешь в нее?»

— «Конечно, папка!! Давай!» — радостно закричал Егор.

— «А вот кричать на охоте и на рыбалке тоже, как раз и нельзя» — наставительно заметил отец, снимая с плеч двустволку. Зарядив один ствол, он протянул ружье сыну.

— «Держи и помни — аккуратно».

Егор принял его из рук отца неимоверно тяжелое и такое желанное. Попытался вскинуть, медленно, но уверенно ствол поднимался в нужном направлении. Внезапно стало легче, это отец слегка подправлял своей рукой движение ствола.

— «Видишь? — спросил отец, — зажмурь левый глаз, смотри вдоль ствола».

Егор тщательно всматривался. Казалось, такой бесконечно длинный ствол заканчивался, и вы можете не верить, но в самом конце его Егор ВИДЕЛ сидящую на ветке птицу.

— «Да папка, вижу…» — прошептал он.

— «Держи ружье крепко и потихоньку нажимай на курок» — командовал отец.

Затаив дыхание, мальчик давил, давил изо всех сил на этот курок, а тот никак не поддавался. Наконец, что-то щелкнуло, громко бухнуло и сильно ударило его в плечо. Егор от толчка выпустил из рук ружье и шлепнулся пятой точкой на лыжи.

— «Я попал, папка, скажи…я попал?»

— «Похоже, да, сынок, иди сам смотри, это твоя добыча» — прикурив папироску, отец отвернул лицо…

Еле переставляя ставшие вдруг неудобными лыжи, Егор, насколько мог, быстро зашагал к дереву. Уже подходя,  он увидел лежащий под ним серый комочек. « Это что? Это та самая кедровка?» — мысли в голове скакали, но, ноги, почему-то,  становились все тяжелее. Подойдя вплотную, он увидел неподвижно лежавшую на снегу совсем небольшую птичку, грудка ее была вся в крови. Глазки — бусинки еще блестели, но закрывались, какой-то мутной пленкой. Сняв рукавичку, Егор осторожно дотронулся до нее. Птичка была еще теплой. Внезапно его охватил ужас: «Это ведь я убил ее, я!.. Она больше никогда не полетит. Зачем я это сделал. Зачем?»

Ребенок  уже в открытую плакал, он боялся даже смотреть в сторону своей первой добычи. На его плечи опустилась тяжелая рука отца.

— «Жалко птичку, сынок?»

— «Да папка, зачем ты мне сказал..» — продолжал всхлипывать сынишка.

— «Ну, ты же у меня уже большой, теперь вот знаешь, что охота это еще и ответственность. Давай сегодня не будем зайцев добывать и стрелять больше не будем. Просто погуляем по лесу. Ты как, сынок?»

Егор поднял к нему свое заплаканное лицо.

— «Пап, а можно из ружья выстрелить просто так, ни по кому?»

— «Ну вот, проснулся охотник в тебе все же, конечно можно. Мы постреляем по дереву. Ему тоже больно, но нас оно простит, тебе, же нужно учиться, правильно?»

Егор утвердительно кивнул головой.

— «А птичку мы похороним, папа?»

— «Нет,  сынок, птичек не хоронят. Пусть лежит, она еще кому-нибудь пригодится».

— «Как пригодится, папа»?

— «Просто поверь, а дома я тебе потом расскажу, хорошо? Ну что, пошли искать дерево-мишень?»

И они зашагали по заснеженной тайге. ПАПА и СЫН. Два охотника. Два родных человека. Один из них, скоро уйдет.., а у второго впереди была целая жизнь…

Реклама

Комментарии

Вам будет также интересно

Первая охота

— «Вставай, сынок» — крепкая отцовская рука потрепала Егорку за плечо. Тот сонно буркнул что — то и перевернулся на другой бок...

Дозор по тылу

На снежной скатерти таежной, лесные жители видны...

Читать далее...

Художник август

Художник август кистью вольной,
Украсил образы тайги.
Укрыл багульник произвольно,
Следы пугливой кабарги.

Читать далее...

Галка залетная

Суровая жизнь ПОЧТИ без женщин в колымской тайге.

Читать далее...

Обыденность

Большая половина мужчин, в глазах женщин, просто «неумехи»... А то, что отрекаются от своих детей? Это уже стало нормой.

Читать далее...

Люди гибнут за металл...

Васька Синицын жил на Колыме всю свою сознательную жизнь. Хотя какая она может быть сознательная у 20-летнего пацана? Да еще из неблагополучной семьи, да еще и сам он крепко «накатить» умел. «Так себе» жизнь была, не очень.

Читать далее...

Добавить статью

Приглашаем вас добавить статью и стать нашим автором

Поделитесь с друзьями

Статистика

©  Интернет-журнал «Серый Волк» 2010-2016

Перепечатка материалов приветствуется при обязательном указании имени автора и активной,
индексируемой гиперссылки на страницу материала или на главную страницу журнала.